Наш рассказ – о баянисте со Шлюза, Алексее Владимировиче Мезенцеве. Еще при рождении Судьба вложила прекрасные музыкальные способности и редкий талант Учителя.
Когда-то школьный учитель музыки сразу заметил его музыкальность и стал дополнительно обучать игре на баяне. С годами взрослеющий юноша увлекся литературой, историей и даже богословием, но музыка всегда оставалась самым главным делом в жизни. Параллельно с баяном и аккордеоном способный парень осваивал гитару, пианино, домру и духовые инструменты. Конечно, именно ему выпадала честь выступать за свою школу на различных конкурсах и концертах. Многие удивлялись: не старшеклассник, а целый человек-оркестр!
После школы он легко поступил в новосибирское культпросветучилище, решив стать дирижером оркестра народных инструментов. Талантливый и увлеченный, Алексей старательно учился и не распалялся на мелочи.
– По нему всегда было видно, что за славой и деньгами он особо не гонится и поедет в любую глубинку, где на момент распределения будет нужен культработник, – вспоминает одноклассница музыканта.
Так Алексей Мезенцев оказался в Кочковском районе. Отработав полтора года, поступил в Алтайский Государственный Институт Культуры, тоже на оркестровое отделение. Получив диплом, Алексей Владимирович продолжил преподавание в Ярковской школе, а затем – в поселке Майский Черепановского района. Это время он всегда вспоминает с особой теплотой. Здесь, в сибирской глубинке, ему удавалось открывать настоящие таланты. Они попадались и на ежегодном прослушивании новичков и на сельских праздниках, в которых участвовали все поколения жителей.
Конечно, петь и играть на инструментах хотели многие. Алексей Мезенцев всегда находил нужные слова, чтобы направить это желание и усилия в нужное русло, стремился показать, как многообразно музыкальное творчество и вовремя сориентировать будущего инструменталиста или вокалистку.
– Мои уроки у многих были самыми любимыми, – с гордостью вспоминает педагог. – Даже те, кто не особо рвался музицировать, охотно проводили целых 45 минут в атмосфере живой музыки, классической или народной, слушали хорошие песни советских композиторов, разучивали тексты наизусть. Всё это благоприятно сказывается на эмоциональном настрое, развивает память и может пригодиться в будущем. Сегодня у тех детей растут собственные сыновья и дочки. Пусть они не стали и никогда не станут музыкантами, но их любовь к музыке перейдет к новым поколениям их семей.
А в конце девяностых разруха добралась до села.
– Сначала закрыли детский садик, потом стало нечем отапливать школу… Мне пришлось вернуться в родной город. С 1997 года я работал школах поселка гидростроителей и Западного жилмассива, в качестве аккомпаниатора сотрудничал с ансамблем «Чалдоны» и «Белый день», занимался с клиентами центра социального обслуживания населения, но для развития авторского творчества мне понадобилось больше свободного времени, и я стал давать частные уроки по шести видам инструментов, – продолжает рассказ Алексей Владимирович.
В перерывах между написанием детских музыкальных пьес для коллективов народных инструментов он учит детей не только игре на балалайке или фортепиано, но и существенно расширяет их кругозор, рассказывая о событиях, которые описаны в музыкальных произведениях и людях, создавших эти оперы, арии, песни и балеты.
– Мы давно хотели отдать сына в музыкальную школу, но он был очень робок, не верил в свои силы, стеснялся прочесть стих и спеть песенку перед приемной комиссией. Год занятий у Алексея Владимировича, и мальчик начал смелее выступать на публике, поступил в музшколу, а еще начал больше читать.
Алексей Мезенцев, как и целая плеяда его старших коллег, по-прежнему считает, что нельзя учить ребенка, не воспитывая его. Наверное, в этом и кроется мудрость настоящего учителя...
Мария Рисман
Обратная связь