Звание «Замечательная женщина Академгородка» присваивается женщинам, которые внесли весомый вклад в историю, науку, культуру Академгородка. Анастасия Близнюк, создатель Интегрального музея-квартиры новосибирского Академгородка и директор АНО Культурно-исторический центр «Интеграл 2.0», с 2022 года носит это высокое звание. Мы встретились и побеседовали с Анастасией, узнали, чем сегодня она живет и горит.
– Анастасия, вы основатель Интегрального музея-квартиры в Академгородке. Расскажите, пожалуйста, что это такое и чем он отличается от других подобных музеев?
– Интегральный музей-квартира Академгородка – это формат интерактивного приглашения людей в гости, в семью, в квартиру. Мы с мужем живем в этом музее, на улице Правды, 4. Живем и принимаем гостей. Гости самые разные. Это, например, врио (в то время еще) губернатора, который у нас в квартире провел первую встречу с молодыми учеными СО РАН, мэр, депутаты, вип-персоны культуры, науки, политики и просто жители Новосибирска и других городов. Половина квартиры – это публичное пространство, с гостиной, оформленной в стиле 60-х годов, с архивами, артефактами, специ-ально для приема гостей, а во второй половине, очень небольшой, мы и живем. Интегральный музей обыгрывает два понятия – это, во-первых, клуб «Под интегралом», который стал частью уникальной истории социокультурной жизни Академгородка. Я в некотором роде являюсь наследницей этой истории, потому что мой папа был одним из основателей этого клуба и оставил мне множество документов тех времен. А во-вторых, это интеграция людей, судеб, вещей, эпох, артефактов, и мы через вещи говорим о людях тех времен.
– Как вы пришли к этой идее? Ведь вы – дипломированный психолог, а позднее работали психологом, преподавателем, топ-менеджером в IT-компаниях, и вдруг такой резкий поворот.
– Да, я действительно работала психологом, преподавателем во всей системе образования Академгородка начиная от яслей, детских садов, школ, физматшколы, университета, потом получила приглашение работать в бизнесе и со временем стала топ-менеджером крупной IT-компании. Как пришла к идее музея? Это происходило все по наитию, я в принципе склонна к собирательству, коллекционированию, мне очень близка эстетика вещей, предметов, нравится, как вещи выглядят, как их делали люди. Наш музей начинался, конечно, со старых вещей, которые когда-то принадлежали знаменитостям, например, у нас есть чайник, из которого пила чай семья академика Будкера – великого физика, гражданина, созидателя, учителя, организатора и первого директора Института ядерной физики СО РАН. Теперь нам постоянно приносят какие-то вещи, в больших количествах.
– Кто помогал вам создавать этот музей?
– Я очень благодарна Лене Плясовой, она замечательный дизайнер квартир, и очень помогла мне, ведь я абсолютно не художник, не дизайнер, плохо расставляю вещи, мы с ней вместе обустраивали это пространство, таскали шкафы и другую мебель. Все это было перед открытием нашего музея 9 мая 2014 года, а в этом году мы отметили десятилетний юбилей.
– Кого больше бывает в вашем музее? Взрослых или детей?
– Сначала я была уверена, что делаю музей для взрослых, принимала гостей, рассказывала про Городок и была абсолютно уверена, что все это для зрелых, состоявшихся, близких мне по духу людей, которым все это действительно интересно. А потом стало работать сарафанное радио, пошли заявки, вопросы – можно ли привести школьный класс, который, конечно же, не помещался в квартире, или семью с детьми. И как только я увидела первых детей, сразу поняла, что это все для них. Со своим образованием возрастного психолога, с опытом работы психологом в физматшколе я поняла: дайте мне всех детей, любых детей, и я готова с ними общаться часами, сидеть и что-то рассказывать. Из класса всем, кажется, интересно, но половина послушала – спасибо, хорошо, и до свидания. Из оставшейся половины какая-то часть задерживается, еще осматривают, а еще четверть заявляют: «Мы останемся с вами жить! Мы не уйдем отсюда никогда!». И застревают, их буквально выводят из музея родители, учителя.
– Ваш музей называют трогательным музеем. Правда, все можно потрогать? Не боитесь поломки экспонатов?
– Да, это интерактивный музей. Была большая дискуссия в соцсетях, можно или нельзя давать в руки экспонаты. У музея четыре миссии – собрать, систематизировать, сохранить и распространить, транслировать, показать. Современные музеи на всех форумах продолжают говорить, что сейчас меняется задача музеев. Раньше это были закрытые хранилища, основная фраза – не трогать! Теперь это место коммуникации, общения, сидят на полу, дают интерактив, приветствуется научное волонтерство, когда люди сами разбирают, систематизируют, реставрируют. У нас есть две категории предметов. Одна – бытовые, то, чего много, то есть если разбить тарелку, то ее можно купить на блошином рынке за адекватные деньги, но если это тарелка из семьи знаменитости, то пока этих тарелок пятнадцать, мы из них кормим гостей, но когда останется одна тарелка, мы ее, конечно же, уберем. Зачем мы даем их в руки? Дело в том, что энергетика соприкосновения с вещью великого человека – это коммуникация не с вещью, а с духом великого человека. Я чувствую эту энергетику, я ее транслирую. Кто чувствует – хорошо, кто нет, ну что ж, может быть, со временем такая коммуникация и появится. Есть, конечно, люди, которые не любят вида, запаха старых вещей, категорически не приемлют этого. Разумеется, это их выбор.
– Вы живете в этом музее-квартире? То есть все время на рабочем месте? Это не напрягает? И постоянное присутствие чужой, не всегда позитивной энергетики вещей, людей?
– Для меня это совершенно естественно, я еще в школе очень завидовала детям дворника, семья которого жила при школе. Мне хорошо работать в любом месте, потому что я не работаю, я живу этим. Если говорить про чужую энергетику, то я фанат благотворительных магазинов, которые дают вторую жизнь вещам. Но я беру от них только позитивную энергетику, так уж у меня получается.
– Ведет ли музей какую-то просветительскую деятельность?
– Да, конечно, но я бы назвала это амбассадорством, то есть это вовлечение в историю, знакомство с настоящим и разговор о будущем. Меня часто обвиняют в том, что я якобы погружена в прошлое, ретроградство, ностальгирование, которое превыше, чем будущее, что нельзя жить прошлым, надо смотреть в будущее и т. д. Но это неправда, я работаю и в настоящем, и с будущим, но ведь без прошлого их не будет.
– Какая главная задача вашего музея?
– Сохранить социокультурную историю Академгородка, именно ее, потому что над историей науки работают профессионалы – Институт истории СО РАН. А вот социокультурная история представлена в гораздо меньшей степени. И мне кажется, что моя задача – восполнить этот пробел.
– Вы пользуетесь грантовой поддержкой?
– Да, мы неоднократно выигрывали президентские гранты, а сейчас благодарны Министерству региональной политики НСО за поддержку нашего нового проекта, он называется «Фронтовой путь сибирской науки». С первого сентября у нас начинаются экскурсии для школьников и мы рассказываем про Академгородок, но акцентируем внимание на личностях выдающихся ученых с их вкладом в Победу. Это либо фронтовики, которые прошли войну и приехали в Академгородок с опытом фронтовой жизни, либо ученые, как тот же академик Лаврентьев, который работал на оборонную промышленность, или, например, академик Трофимук, который нашел нефть, сыгравшую ключевую роль в Победе советского народа. Была опасность, что бакинская нефть будет отрезана, поэтому найденная на Урале нефть была огромным вкладом в Победу. И поскольку наши площади не позволяют сделать исключительно военную тематику, мы придумали такой ход: в старых чемоданах тех лет оформляем историю человека – кладем артефакты, письма, документы, личные вещи наших ученых, например, настоящую военную форму химика Израиля Львовича Котляревского (кстати, не так давно мы узнали, что наш музей находится в квартире, где он жил с 1961 года!) и рассказываем о его фронтовом пути. Для меня тема Великой Отечественной войны очень пронзительна, и мы очень тщательно готовимся к ней, это красная нить этого и следующего годов. Мы считаем, что патриотизм в Академгородке – это служение отечеству научной мыслью. Выставка будет проходить в течение года не только у нас в АкадемВЦентре, но и в музее Института истории – чемоданов уже сейчас хочется сделать больше, чем заявленные 10, а финалом всех этих лекций станет большая полноценная выставка из экспонатов военной коллекции моего мужа Александра Степанова, которая пройдет 9 мая.
– Как к вам относятся соседи? Ведь это все-таки квартира.
– О, у нас замечательные соседи. Я очень благодарна им, потому что у нас бывают и нашествия гостей, и оркестровые репетиции, и музицирование, но они все это терпят и относятся с пониманием.
– Вы сотрудничаете с другими музеями?
– Да, конечно. Сейчас идет моя выставка «Красота по-сибирски», это в основном моя коллекция винтажа 50–70-х годов, и там представлена малая часть моей коллекции, у меня тысячи единиц одежды, аксессуаров, туфель, шляпок. Сейчас готовится выставка музея свадебной моды и моя экспозиция советской моды. И это не первое наше сотрудничество с Краеведческим музеем, мы делали в музее проекты про клуб «Интеграл», оттепель, образ женщины городка. И все это про Академгородок.
– Каким вы видите будущее вашего музея?
– Моя мечта – сделать полноценный музей Академгородка. Академгородок – это вся жизнь страны, это квинтэссенция интеллекта, культурная и светская элита. Но, как обычно, существует проблема с помещением, пока это только квартира в Верхней зоне Академгородка и три локации в АкадемВЦентре Вычислительного центра.
– Вы работали психологом, преподавателем, топ-менеджером IT- компании, объездили полсвета, а теперь вы директор такого необычного музея. Что вам больше всего нравится? Это ваша последняя ипостась или неисповедимы пути души вашей?
– Конечно, моя нынешняя работа мне нравится больше всего, я нашла свое призвание, мне очень нравится заниматься историей нашего Академгородка и я хочу написать про него книгу.
Сергей Данилов
Фото автора и из архива А. Близнюк
Обратная связь