Вацлава Леопольдовича Серошевского в Сибирь, а конкретно – в Якутию занесло на волне польского рабочего движения. В 1863 году, после польского восстания, имение родителей Вацлава было конфисковано государством. Слесарная работа в ремесленной школе при железной дороге в Варшаве привела юношу в конечном итоге к участию в рабочем движении.
И, как следствие – арест, тюремный срок, замененный ссылкой в Якутию. В 1879 году Якутия для молодого человека, выросшего в центре Европы, казалась, наверное, столь же загадочной, как нам – таинственные галактики от телескопа Хаббл. Но интерес к новому (пусть изначально и прагматичный) и ремесло, которым он овладел на родине, сделали поначалу его жизнь в Верхоянске не столь ужасной, как это виделось из Европы. Практичный поляк основал кузницу и слесарную мастерскую, заказы поступали из северных и южных улусов, а общение с якутами постепенно пополняло и словарный запас Вацлава. Однако желание вырваться из ссылки, неудачный опыт побега с товарищами на парусной лодке окончилось новой ссылкой Серошевского глубоко на север Якутии. Властям не нравилась популярность ссыльного, который равно общался с людьми на русском и польском, а теперь еще и якутским языком занялся. К тому же подозрение вызывала и литературная деятельность Вацлава. Но ничего не могло остановить или погасить любознательность будущего писателя и ученого. Поначалу якутский язык нужен был ему для облегчения условий побега. Но чем дольше Серошевский жил бок о бок с якутами, постепенно осваивая разнообразие их языка, тем большим интересом он проникался историей, этнографией, фольклором народов Севера. Как писателю ему были близки и интересны народные предания, а сбор огромного фактического материала привел к тому, что он начал работать над книгой, посвященной якутам. В 1896 году впервые вышла его монография «Якуты. Опыт этнографического исследования». А ещё до выхода книги в свет Всероссийское императорское географическое общество присудило рукописи Серошевского малую золотую медаль за многогранность и глубину исследования жизни северных народов.
До сих пор книга, вышедшая в конце 19 века, считается наиболее полной и ценной монографией о якутах. Современные исследователи иной раз пытаются оспорить полноту исследований поляка, приводя в пример ограниченность территориальных передвижений ссыльного Серошевского и сводя его труд к уровню бытовых заметок о жизни якутской семьи в конце XIX века. Вацлаву Леопольдовичу и не обязательно было перемещаться, как этнографам-полевикам во время экспедиций, люди сами к нему тянулись. Тем более, будучи семейным человеком, женатым на якутке, имея маленькую дочь – он имел возможность не просто «наблюдать», а именно видеть жизнь народа изнутри, во всей её полноте. Это ли не лучшие условия, когда этнография, фольклор и обычаи становятся частью жизни человека. Как близкий якутам родственник, он мог видеть и беспрепятственно описывать то, что обычно исследователям не показывают. Внутренняя жизнь любого народа – это всегда тайна для тех, кто лишь на пару летних месяцев может погрузиться в полевые исследования. Не низводя работу современных исследователей, но и не принижая достижений Серошевского, можно сказать, что он действовал как человек своего времени, в рамках условий, принятых обозначений и терминов, но при этом имея глубокую эмпатию к людям, ставшим ему родными. Удивительный человек, проживший долгую, полную драматичных поворотов жизнь, с невероятными вехами: Варшава и Верхоянск, Корея и Япония, жизнь в Париже, первая мировая война, правительство Пилсудского, членство в Сенате Польши. Вацлав Леопольдович пережил самые страшные моменты Второй мировой войны, но успел дождаться освобождения Варшавы весной 1945 года. Серошевский вошел в историю литературы как автор многочисленных романов, повестей и рассказов, частично экранизированных. Но для нас он в первую очередь известен тем, что вписал своё имя в историю сибиреведения.
История собственной жизни Серошевского достойна подробного описания, как человека, шедшего всегда своим путем, и в этом зачастую неудобного властям, независимо от страны проживания. Его книгу о якутах не каждый из нас прочтёт, но наша благодарность как сибиряков заключается в том, чтобы знать имя человека, посвятившего 12 лет своей жизни Сибири и навсегда связанного с нею по прихоти рока.
Наталья Трегуб, зав. библиотекой ДУ
Обратная связь