Осень 1983 года во многом стала для меня поворотным моментом биографии, но я и предположить не мог, какой след эти дни оставят в моей судьбе.
К тому времени, после окончания обучения в ПТУ-55, я уже 5 лет отработал в СМУ-6 «Сибакадемстроя» столяром 4 разряда. И мне доверяли работу на ответственных участках. Таковыми были школы, магазины, детские сады, корпуса институтов по Советскому району, а также в Кольцово и Краснообске.
И вот как-то меня и моего напарника Александра Белуху направили выполнить остекление здания, которое в строительном титуле обозначалось как «коттедж Марчука». Сам Гурий Иванович уже работал в Москве, но начало строительства состоялось за пару лет до этого.
Мы с Шуриком заходили первыми из отделочников, чтобы, как говорили у нас, – «закрыть контур» от холодных ветров. Потом, когда в остеклённое помещение пустят тепло, зайдут и штукатуры, и маляры, и прочие. А мы после каменщиков и монтажников всегда были первыми, и начальство решило, что на этот период прорабом будет представитель генподрядчика – СМУ-1 – инженер Михаил Шилибольский.
Надо заметить, что стекольщиками мы были отменными, скажем, вдвоём мы могли все квартиры в подъезде стандартной девятиэтажки застеклить за месяц. Саша Белуха – идеальный резчик стекла. Режет его с точностью автомата. Ровно, без ошибок. Рука набита годами тренировок. Я готовил оконные блоки, подгонял, регулировал рамы, как учили в ПТУ.
Когда прораб Миша встретил нас в первый рабочий день, он сразу так и сказал:
– Знаю, вижу, что могу доверить вам всю работу. Вы справитесь, а я не буду вам мешать и займусь другими, более крупными объектами.
И он действительно почти не появлялся более, приехав только один раз. Но об этом я расскажу особо.
И мы начали работать.
Оглядев и прикинув фронт работ, мы с Сашей решили не торопиться. Во-первых, на остеклении трудно заработать мало. Эта работа всегда оплачивалась хорошо. А во-вторых, нам очень понравилась архитектура здания и материалы, с которыми приходилось работать. Наружные стены, выложенные тёмно-красным облицовочным кирпичом, вносили мотив строгой готики. Все оконные блоки из дуба. Мы даже специально всё осмотрели, не примешан ли ясень. Но нет. Это был чистый дуб. А с натуральным дубом мы работали двумя годами ранее, на строительстве здания Новосибирского Обкома КПСС. Дерево благородное, с приятным южным ароматом.
Итак, мы начали. Приготовили «стекольную мастерскую». В одну удобную комнату на этаже собирали все створки окон. Там Саша резал стекло, я закреплял стёкла в рамах, аккуратно герметизируя всё масляной оконной замазкой и дубовым штапиком. Потом мы разносили готовые рамы и развешивали их на окна, следя, чтобы не было щелей и перекосов.
А за окнами цвела академовская осень! Та осень именно «цвела». Коренной ленточный бор из столетних сосен, с густыми тёмно-зелёными лапами. Меж соснами в низину уходят тонкие осинки с осенней багровой листвой, а за осинками – начинающий золотиться березняк.
Каждое утро я шёл на работу как на праздник. Шёл не по дороге, с Морского проходил несколько сот метров по Мальцева, а потом сворачивал вправо и до «коттеджа Марчука» шагал, шурша листвой, по осеннему лесу. Лёгкий лесной ветерок доносил до меня ароматы осени – то ещё зелёной травы, то осенних цветов, то прелых прошлогодних листьев и грибов. И через месяц тропинка, по которой я добирался до рабочего места стала всё заметнее. И я для себя прозвал её «тропа Марчука», представляя, что когда-нибудь академик Гурий Иванович, вернувшись из столицы, тоже пройдёт этой тропинкой.
За те полтора-два месяца, что мы там работали, мы с Сашей так свыклись с волшебной аурой этого места, что уходить на другой объект не хотелось. И мы надеялись, что нас оставят на продолжение работ. Мы могли бы ещё поставить все двери, встроенные шкафы, постелить дубовый паркет – всё, что мы делали из дуба на здании Обкома двумя годами ранее.
Однажды под занавес этой нашей осенней идиллии всё же произошёл случай, из-за которого я никогда не забуду ту осень.
В один из последних дней наш прораб Миша попросил меня сходить в соседний коттедж:
– Там у хозяев форточку ветром разбило. Застекли, пожалуйста.
Я собрал инструмент и потопал. На пороге встретила симпатичная девушка.
– Пойдёмте, провожу.
В одной из комнат, вернее, в рабочем кабинете или библиотеке, сидел в кресле очень-очень пожилой мужчина. Сразу видно – учёный. Видно, что книжный червь, проводящий в этом кабинете всё время. Девушка представила нас с хозяином друг другу, показала мне разбитую створку окна. Я попросил её принести клеёнку, чтобы прикрыть письменный стол. Достал инструменты и начал не торопясь делать своё дело. Едва я снял раму с треснувшим стеклом, в открытый проём дунул лёгкий ветерок, и вместе с ним комнату озарил яркий луч света.
Старый учёный будто встрепенулся в своём кресле, взгляд его блеснул, и он промолвил:
– Молодой человек, а ведь вы должны задать нам тысячи вопросов.
– Это почему это вдруг? – удивился я.
– Смотрите, – он обвел взглядом и взмахом руки комнату, указывая на книги в шкафах. – Смотрите, – повторил он, указывая на стопку папок с бумагами.
Я пожал плечами.
– Мы уходим, – продолжал учёный, – мы уходим и уносим с собой целый материк знаний, опыта. Мы построили Академгородок.
– Я тоже его строю, – вставил я, вспомнив дома и институты, на которых работал.
– Это не то, – ответил он. – Знания. Живые знания, которые и составляют суть Академгородка. Вы должны задать нам тысячи вопросов, а мы должны дать вам все ответы.
– Дедушка любит всех учить, – заметила девушка.
– Это его дело. – ответил я, завершая работу.
Я повесил раму на место. С удовольствием взял у девушки протянутую ею бумажную «трёшку» – надёжную валюту того времени. И откланялся.
И пока я своей «тропой Марчука» возвращался домой, эта фраза про «тысячи вопросов» всё звенела у меня в голове.
Прошло ещё некоторое время, и однажды я почти случайно, по комсомольским делам зашёл в редакцию многотиражной газеты «Академстроевец», и тогдашний сотрудник газеты Сергей Шрамко, которому я рассказал о случае с этим учёным, мне ответил:
– А что! И задай вопросы. И запиши ответы. И посмотрим.
– А кому задать?
– А вот у нас скоро сдаётся детский садик. Ты сходи как рабкор, поговори с генподрядчиком, со смежниками, с отделочниками и напиши репортаж о том, как идут работы на сдаточном объекте.
Я так и сделал. Взял отпуск на один день. Оделся в костюм, но без галстука, пришёл на стройку и всё сделал как велел Сергей. Задал не «тысячи вопросов», но вполне достаточно для полноценного репортажа. Работу опубликовали. А потом я пару раз «задавал вопросы» и писал репортажи в «Молодость Сибири». И как-то так само получилось, что меня пригласили работать учителем в школу 125 и дали направление поступить в НГПИ. Что я и сделал.
Так «тропа Марчука» и «тысячи вопросов» начисто перекроили мою жизнь. Но я нет-нет, да и вспомню ту осень, тот коттедж и ту створку с разбитым стеклом. И советы старого учёного.
Евгений Марков
Обратная связь