В гостях у «Бумеранга» накануне 23 февраля побывал Дмитрий Николаевич Беспалов, подполковник в отставке, принимавший участие в одной из крупнейших стратегических разработок страны, точнее, постановке ее на производство. Закончил Военно-космическую академию Можайского в Санкт-Петербурге, 31 год отслужил в Вооруженных силах РФ. Сегодня является заместителем председателя Организации ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов Советского района Новосибирска.
– Дмитрий Николаевич, расскажите немножко о себе, где вы учились, как в Академгородок попали…
– Родом я из Бурятии, с Байкала. Закончил Ачинское авиационно-техническое училище, потом Академию Можайского. А до этого я успел после школы поискать себя в разных направлениях. Я заканчивал школу в то время, когда в аттестате писали «примерное поведение» и «удовлетворительное». Примерным поведением я никогда не отличался, поэтому и окончил школу с удовлетворительным. В общем, был хулиганом по тем меркам.
Нет, на самом деле, я любил заниматься спортом и видел себя в будущем тренером или учителем физкультуры. Но поступив на эту специальность, увидев их жизнь, внутренний мир, понял, что это не мое. Бросил. Поступил в Камышинское высшее военное строительное командное училище. Поступил, и за неделю до присяги, зачисления взяли с одним товарищем да и … разъехались по домам. Потом решил немножко сделать перерыв и был призван 9 ноября 1978 года на срочную службу. Попал в медико-санитарный батальон. И тогда в феврале 1978 года произошел военный конфликт между двумя социалистическими странами – Китаем и Вьетнамом. А нас же воспитывали как патриотов-интернационалистов! И я написал рапорт, что хочу исполнить интернациональный долг на стороне Вьетнама. Из нас, добровольцев, сформировали взвод, готовый в любой момент вылететь для исполнения интернационального долга. У нас была карта и на ней отмечалось передвижение китайских войск. Но, слава богу, они не пересекли красную линию, после которой мы должны были рвануть туда. Они откатились назад и конфликт закончился. Но уже тогда, на этом этапе, я понял, что, наверное, свяжу свою судьбу с военной службой.
Я призывался на два года и будучи еще солдатом срочной службы поступил в Ачинское военное авиационно-техническое училище. Закончил его.
– То есть все-таки нашли место по душе?
– Да, и хочется сказать доброе слово о советской системе образования – она дала мне возможность поступать трижды, и в итоге я выбрал свою стезю.
Я отправился служить в Полтаву, это был 82 год. Два года я послужил, потом перевелся в Калужскую область. Причем уже тогда чувствовалось отношение неприязненное со стороны братского народа. Горько об этом говорить, обидно, что именно Полтава, наша гордость, где защита рубежей страны была первоочередной задачей, стала таким местом, но это, увы, реалии нашего времени...
– А как вы в итоге стали работать на оборонном предприятии?
И где, если не секрет?
– Рассказываю. В Калужской области я служил до 86 года. Потом поступил в Академию, закончил с красным дипломом. Меня распределили для продолжения службы на предприятие оборонного комплекса в Воронеже, это разработка и производство военной техники. Делали ракетные двигатели для ракет стратегического назначения, которые базируются на подводных лодках. И в дальнейшем меня отправили в Красноярск, где мы занимались изготовлением и контролем качества ракет «Синева» и постановкой на вооружение военно-морского флота. Был большой опыт работы с личным составом.
– Дмитрий Николаевич, вы тоже, как ваш начальник, считаете, что главное – это строгость для командира?
– Нет, когда работаешь с личным составом, главное – справедливость. Потому что строгий командир может быть и самодуром. Но у меня ведь были в подчинении офицеры и гражданские, срочников и контрактников не было. А с ними много не настрожишься. Поэтому приходилось проявлять гибкость – строгость, но справедливость и человечность. Надо было достичь определенных задач, вне зависимости от любых условий. И – получалось.
Так вот, первое время после службы я не знал, чем заняться. Я отслужил 31 год, это довольно много, для меня служба – это, по сути, вся моя жизнь. Я жил службой, я в ней – день и ночь. А потом – раз – и все закончилось… И что делать дальше? Казалось бы – спи, отдыхай сколько хочешь, занимайся чем хочешь. А я – потерял себя…
А закончил я службу в Красноярске, и мне повезло – по службе всегда ценилось землячество и, как я уже говорил, я родом из Бурятии. И когда я служил, основным поставщиком кадров для одного из военных предприятий был вуз, с которым мы взаимодействовали и в нем директором экономического института был мой земляк, которой на тот момент переехал в Улан-Удэ и стал руководителем администрации мэрии. И вот в этот сложный для меня переходный период он меня позвал в Улан-Удэ, там мне поручили создать управление по развитию территорий. А это управление, которое работает с ТОСАМи. И меня отправили в командировку в Новосибирск, перенимать передовой опыт.
– Почему именно в Новосибирск?
– Новосибирск был передовой город в Сибири по этой части. А через некоторое время мне предложили заняться политической деятельностью, вступить в партию «Справедливая Россия». Отправили в Москву на встречу с Мироновым. И я был избран депутатом Городского совета Улан-Удэ, отработал в этом качестве 5 лет. Был избран членом Общественной палаты Бурятии.
– А как вы все-таки попали в Академгородок?
– А дело в том, что после окончания училища я приехал в Академгородок, здесь у меня дядя с тетей жили. Дядя – директор Ботанического сада СО РАН, вы, наверное, знаете его, Малышев его фамилия. В итоге, когда я окончил политическую деятельность, приехал в Академгородок, нужно было помочь тете, которая после смерти мужа осталась одна. Я приехал сюда зимой, с 2020 на 2021 год, как раз в пандемию. Приехал – да и остался.
Стал искать коллег. Познакомился в том числе с Петром Григорьевичем Ильиным, который и предложил мне стать его замом. С тех пор и работаем рука об руку. И в общем, я доволен своей судьбой.
Елизавета Садыкова
Фото автора и Павла Маркова
Обратная связь