Дом на Кирова, 46, 2001 год А. Андрианов
В Новосибирске нет памятников архитектуры XVII, XVIII и XIX веков, ибо в городе, почти стихийно выросшем на рубеже девятнадцатого и двадцатого столетий, ландшафтные памятники той поры – это скальные выходы гранитных пород завершения отрогов Салаирского кряжа да остатки ленточных боров вдоль берегов Оби.
За 132-летнюю историю города здесь работали и работают многие талантливые архитекторы, архитектурные бюро и проектные институты. Проектная документация этих предприятий снабжала и снабжает качественными разработками строительные организации многих других городов и регионов.
Жителям Новосибирска и пригородов периода последней четверти двадцатого века знакомы плановые застройки того времени стандартными сериями домов, преимущественно крупнопанельными.
Но вот после паузы, вызванной экономическим спадом 90-х годов в городе, тут и там, на вновь организуемом земельном пространстве стали появляться новые здания. Они органично или не совсем вписывались в сложившуюся инфраструктуру городского хозяйства.
За пару десятков лет объёмы строительства выросли настолько, что стало возможным обсуждать фразу «постсоветская архитектура Новосибирска». На прошедшей неделе кандидат архитектуры Дарья Кисельникова прочла соответствующую лекцию в музее «Академбюро. АНО КИЦ Интеграл 2.0».
Представленный автором материал оказался настолько профессионально выверенным, что вызвал интерес не только у коллег Дарьи, присутствующих на презентации её новой книги. Вопросы сыпались самые разные.
Мы тоже от газеты «Бумеранг» задали Дарье несколько вопросов:
– Какие из систем градообразующих проектов и проектов индивидуальных нравятся лично вам?
– Смотря что считать за градообразующие проекты. Если имеются в виду комплексные проекты, которые когда-то создавались в Новосибирске, такие, как большой проект Академгородка, проекты соцгородков или микрорайонов, то, конечно, каждый из них представляет свой интерес. И в этом смысле мне нравится то, что в городе они довольно разные и каждый из них имеет внутреннюю систему и логику. К сожалению, для Новосибирска у нас очень мало реализованных и доведенных до конца крупных градостроительных проектов. И когда ты попадаешь в среду, в которой действительно реализовано было много, ты понимаешь, насколько это ценно. Это можно почувствовать и в Академгородке, отчасти в Краснообске, который как будто бы не является Новосибирском, но фактически стал частью его общей градостроительной структуры, на «Богдашке» или на «Расточке», там, где сохранились фрагменты полноценной городской среды, с включением в нее разнообразных архитектурных элементов, которые разными языками вписываются в общегородскую среду.
Щетинкина, 32 арх. А. Н. Лаптяйкин 1997 год
– Каковы сегодня перспективы у выпускника Новосибирского государственного университета архитектуры, дизайна и искусств имени А. Д. Крячкова (НГУАДИ)? Он может попасть в архитектурное бюро? В чём сложности первых шагов начинающего архитектора?
– Конечно, любой выпускник может попасть в бюро, это вполне реально, причем запрос на профессиональных и увлеченных людей сегодня в индустрии очень велик. В чем заключаются сложности для архитекторов? Наверное, это связано с определенным кризисом в идее образования, в области архитектуры, поскольку на сегодняшний день настолько пытаются нивелировать значения технических дисциплин, образования архитектора, что, к сожалению, некоторые выпускники считают, будто архитектура – это чистое творчество и абсолютный полет фантазии. Действительно, в архитектуре довольно много творчества, но все это творчество должно базироваться на хорошей технической базе. Чаще всего не хватает университетского образования, курсов лекций по строительным конструкциям и сопроматов, и самая большая сложность молодых людей, которые сегодня приходят к нам в бюро – они считают, что это им и не нужно, поскольку кто-то им говорит, что в архитектуре достаточно просто придумывать образы. И больше ничего особенного не нужно.
Если обращаться к выпускникам НГУАДИ, наверное, самый полезный совет, который можно дать, это не бояться погружаться в стройку. Потому что именно из стройки может вырасти действительно качественный и востребованный архитектор.
– Каковы, на ваш взгляд, дальнейшие пути развития такого мощного конгломерата различных городских структур, как Новосибирск?
– Мне кажется, Новосибирск – это во многом уникальная градостроительная структура: среди всех российских городов это самый молодой и самый амбициозный на всем протяжении своего развития, и самый неоднородный из всех городов, с которыми я знакома. И, с одной стороны, можно считать, что это его огромная проблема, поскольку жители Академгородка, жители центра, Левого берега, часто не воспринимают город целиком, и очень концентрируются на своем внутреннем устройстве. Это не удивительно, поскольку в каждой локации города создается свой микромир со своим архитектурным повествованием, которое сильно отличаются от других. Можно считать, что это проблема города, действительно, у него нету единого, понятного и всеми утвержденного архитектурного облика. С другой стороны – это его сила, в разнообразии и в соединении очень разных городских и градостроительных парадигм внутри себя, и, мне кажется, основной путь развития города может быть в признании этого разнообразия и в выстраивании паттернов развития для отдельных городских структур, таким образом, чтобы подчеркивать различия, которые соединяются между собой в уникальную картину. Фактически, Новосибирск для своих горожан может предоставить разные сценарии городской жизни, разные культурные и архитектурные паттерны, где каждый из жителей может найти свое место. Кто-то может жить в тихом и спокойном спальном районе Левого или Правого берега и любоваться огромными зелеными зонами. Кто-то может найти себе место в плотном, урбанизированном, застроенном высотками района, где-нибудь в районе станции метро Октябрьская. Это разнообразие, мне кажется, в котором заключена основная ценность города. И развитие города может пойти в формирование и поддержание этого разнообразия.
Лана Лесникова
Фото Дарьи Кисельниковой
Ядринцевская, 46а 1998 год. А. Фомин
Дом под часами, 1931–1934 гг. Б. А. Гордеев, В. Н. Никитин
Обратная связь