Характерный голос Лидии Андреевны Руслановой не спутаешь ни с чьим другим. При первых звуках неповторимого глубокого контральто певицы сердце вначале ухает, дыхание в горле перехватывает и подступают непрошеные слезы.
Мы можем лишь по воспоминаниям очевидцев судить, каково это было – слышать живое выступление Руслановой. Её исполнение народных песен, манера держаться и общаться с публикой – во всём виден стиль и точность, уважение к материалу и слушателям – без подражательства, без стремления стать своей перед любой аудиторией. Возможно, именно поэтому она и была везде «своей», любимой, народной и неповторимой. С любой площадки, где бы она ни выступала. От театральной сцены до ступеней Рейхстага. От выступления на железнодорожных разъездах до лагерных концертов во время её заключения.
И как у всякой легенды, «лагерей» этих в системе ГУЛАГа у Лидии Андреевны было много. Находятся свидетели встреч с великой артисткой и участники импровизированных концертов в этих местах. Не станем искать или настаивать на истине, которая и в те годы была мало известна. Тем более что многие документы до сих пор под глубоким запретом, но рассмотреть одну из версий мы можем.
Итак, перед тем как расстаться с книгой Геннадия Сысолятина, посвященной его родному Салехарду и отдельным страницам истории этих мест, заглянем на страницы, посвященные пребыванию Руслановой на Обском Севере. Документы по истории 501-й стройки до сих пор до конца не открыты. Из-за секретности стройки, которая должна была обеспечить бесперебойную работу железной дороги от Урала до Игарки, материалов в открытом доступе не так много. Со временем уходят и последние свидетели. К тому же люди, в каком бы качестве они ни числились на стройке, от начальства до последнего ЗК – все давали подписку о неразглашении. Но «свидетелями последнего импровизированного концерта на открытой платформе у нового заполярного вокзала (ст. Лабытнанги) стали десятки пассажиров и освободившихся заключенных». На песню «Валенки, валенки…», исполненную Лидией Руслановой перед отъездом в Москву со справкой об освобождении, подписка, видимо, не распространялась. И маршруты джазового оркестра Зиновия Бинкина, в составе которого выступала и Лидия Андреевна, по населенным пунктам от станции Абезь в Коми АССР до станции Лабытнанги на Ямале и от Салехарда до Надыма на трассе Чум – Салехард – Игарка тоже не являются государственным секретом. Тем более, бухгалтерский бюрократизм, скрупулезно учитывающий всё, от банки тушенки до плацкартных вагонов («не барак с нарами») для гастрольных поездок артистов, без упоминания самой стройки – даёт материал для историков и краеведов. И хотя концерты с участием Руслановой, проходившие в окружном Доме культуры народов Севера, в официальных отчетах не указаны, но в народе стойко передаются истории о том, как здесь или в Доме политпросвещения слушали любимую певицу.
На то она и легенда, чтобы везде быть принятой в деталях, показать те «студебеккеры», на каких артистов возили на концерты и в баню, или рассказать, что отец надел свой лучший костюм по случаю приглашения на концерт Руслановой.
Согласитесь, было бы лучше, чтобы таких тяжелых испытаний в биографии великой певицы не было. Но раз так сложилось, возможно, Лидия Андреевна Русланова действительно была на нашем Обском Севере, в истории которого еще предостаточно «белых» пятен.
Наталья Трегуб, зав. библиотекой ДУ
Обратная связь