В этом году мы отмечаем два юбилея больших ученых АН СССР, имеющих отношение не только к науке в стране, но и конкретно к Сибирскому отделению – 130 лет со дня рождения академика Николая Николаевича Семенова и 120 лет со дня рождения его ученика – члена-корреспондента Александра Алексеевича Ковальского.
В 1966 году в июньском номере журнала «Наука и жизнь» был опубликован очерк, названный автором «О времени и о себе». Это был краткий отчет к своему семидесятилетнему юбилею Николая Николаевича Семенова о жизни, неразрывно связанной с историей развития советской науки, становлении автора как ученого и о решении задач, поставленных страной перед наукой. Семёнов не мыслил другой жизни, как жизнь вместе с наукой, о чем говорил неоднократно.
Ещё в подростковом возрасте на него большое влияние оказала книга Сванта Арениуса и Якоба Вант-Гоффа «Теория химии». После прочтения книги он пришел к самостоятельному выводу, что, в ХХ веке нужно «заняться физикой со специальной задачей научиться её применять к химическим проблемам». Вывод этот оказался по-настоящему провидческим. Не удивительно, что окончив реальное училище и «проявляя большую склонность к научным занятиям в области физики и химии», Семенов поступает в 1913 г. на физико-математический факультет Петербургского университета. В 17 лет, начав заниматься под руководством будущего академика А. Ф. Иоффе, он уже через год публикует научные статьи. И тем более не удивительно, что в 1920 году он «получил под своё руководство лабораторию», где постепенно начинает консолидироваться ядро будущего сильного коллектива. «В 1921 году я пригласил в сотрудники Харитона и Кондратьева, тогда еще только студентов второго курса университета, и у нас началась подлинно коллективная увлекательная работа. И вот тут начался химический крен…». Это было время, когда Семенов и Капица предсказали магнитный момент атома щелочного металла, а Борис Михайлович Кустодиев написал портрет двух будущих Нобелевских лауреатов. Молодые, красивые, задорные, полные планов и идей – этот портрет долгое время находился в семье Петра Леонидовича. Эти годы Семенов считает наиболее насыщенными в своей жизни, «когда каждый день приносил новые результаты, когда в спорах и обсуждениях рождались новые мысли. Тогда я впервые познал всю силу и возможности коллективного творчества».
Метод привлечения к совместной работе молодых, талантливых учеников, перенятый у своего учителя – Иоффе, Николай Николаевич находил самым оптимальным. Недаром из его лаборатории и студентов, работавших с ним, вышло много специалистов очень высокого уровня. Я. Зельдович, Б. Харитон, а с углублением и развитием теории цепных реакций на базе новых кинетических исследований сюда подключаются В. Воеводский, А. Ковальский и другие, чьи имена навсегда вписаны в историю отечественной науки.
Александр Алексеевич Ковальский – организатор и первый директор ИХКиГ СО АН СССР – человек интересной судьбы, и особое значение в этом имела встреча с академиком Семеновым на лабораторных занятиях по оптике. Семенов заметил способного второкурсника и пригласил его в свою лабораторию. Позже академик А. Ф. Иоффе дал молодому выпускнику А. А. Ковальскому в высшей степени блестящую характеристику, отметив его «исключительное экспериментальное чутье, соединенное с серьезной теоретической проработкой вопроса». Прогноз Иоффе о том, что Ковальский «имеет все данные превратиться в крупного ученого по вопросам газовых реакций и взрывов», полностью оправдался. Учитель и ученик не только работали вместе, но были связаны и соседскими узами. Николай Николаевич, как человек широкой души, всегда был в курсе жизни своих сотрудников. Помогал и опекал, поддерживал, если была необходимость. Дети сотрудников института тоже не были обойдены вниманием. Музыка, рисование, дополнительные занятия иностранным языком, детская библиотека и даже лекции самого Семенова о новых материалах – «такой стиль отношения Н. Н. Семенова к сотрудникам и их семьям, естественно, сказывался и на результатах работы каждого».
Этот стиль работы и жизни виден в истории первых лет Академгородка, когда практически все его обитатели были по существу одной семьей. «Аборигены Золотой долины», как позже назвала этот феномен Наталья Алексеевна Притвиц.
Наталья Трегуб, зав. библиотекой ДУ
Обратная связь