Всю свою эксцентричность и чувство юмора Даниил Хармс озвучил в одной этой фразе, недаром она стала заголовком выставки в одной из художественных галерей Санкт-Петербурга, посвященной юбилею Хармса.
То, что никогда не простили бы другому человеку, сочтя за снобизм или сарказм, в устах Хармса звучит как веселый припев очень жизнерадостного человека. Хотя про свой псевдоним он говорил, что тот зависит от настроения: «по-английски Хармс значит несчастье, а Чармс очарование...», читаем мы у художницы и подруги поэта – Алисы Порет.
Очень живой и непоседливый мальчик Даня Ювачёв, рожденный в семье мамы-дворянки и папы-народовольца, таковым оставался все свои недолгие 37 лет. Странные отношения Дани с отцом удивляли жену Хармса, Марину Малич (Дурново). Отец, прошедший сахалинскую каторгу, был аскетичен во всем, а в остальном – абсолютно категоричен. Эти качества отнюдь не способствовали близкому общению с непоседливым и смешливым юнцом, каковым был Даня. Даже о моменте своего рождения Хармс шутил неоднократно. Рассказывал, что он должен был родиться 1 апреля, или что перед тем, как ему родиться, отец, будучи в гостях у семейства Толстых в Ясной Поляне, позвонил жене по телефону и прокричал, не терпя возражений, что сын должен родиться 30 декабря и имя ему будет Даниил. Так это или иначе, но строгость отца Даниил воспринимал со смирением, и даже никогда не садился в его присутствии. А отец, будучи духовным писателем, не признавал за сыном таланта поэта и стихов его никогда не читал.
Противоположностью строгости отца, постоянно находящегося в разъездах, была восторженная любовь матери, занимавшейся воспитанием сына. Общение родителей по поводу успехов Дани и мер, какие к этому следовало прилагать, шло в основном через письма. Мать с удовольствием докладывала об успехах сына, рано научившегося читать, любознательного, и к шести годам при поступлении в гимназию умевшего хорошо читать и писать на нескольких языках. Бойкость юного гимназиста приводила иногда к тому, что он притворялся «сиротой», умоляя педагогов не ставить ему двойку, или играл на валторне во время уроков. Склонность к эскападам и розыгрышам – как вторая (или первая и основная?) натура Хармса, противоречивого во всём.
Критически относясь к детям, тем не менее писал детские стихи, оформлял книги для детей. Недаром во многом его считают именно детским поэтом. При жизни Хармса было опубликовано всего два его «взрослых» стихотворения. И лишь в 60-х началось постепенное возвращение творчества писателя. Опубликованные в Ленинградском альманахе «День поэзии» два стихотворения послужили началом публикаций Хармса в стране и за рубежом.
Издательство «Махаон», специализирующееся на выпуске литературы для детей, преподнесло в 2012 году прекрасный подарок всем любителям творчества Хармса: изданный в альбомном формате сборник стихов «Весёлый старичок» с иллюстрациями Елены Селивановой.
Селиванова более 20 лет работает как дизайнер и иллюстратор детских книг. При оформлении этого издания совпали юмор, талант и вкус автора и художника. По мнению художницы, «Иногда текст, автор и сама книга провоцирует определить порядок и стиль ее оформления. Единственное, что никогда не изменяется – это желание сделать новую книгу с чувством юмора». То, что получилось у творческого тандема, разделенного во времени, вы можете увидеть сами, перелистав этот шедевр, где главным героем является смех и его целительная способность возвращать радость к жизни в любых обстоятельствах.
Наталья Трегуб, зав. библиотекой ДУ
Обратная связь