В апреле мир отмечает Международный день освобождения узников нацистских концлагерей. За дату было взято начало восстания узников Бухенвальда. Но до окончательного освобождения всех пленников было ещё далеко. Вот как об этом времени рассказывает Юрий Владимирович Владимиров, попавший летом 1942 года в печально известный «Харьковский котёл» и оказавшийся в немецком плену.
С начала 1945 года, в ответ на «удары возмездия» ракетами Фау-2 по Лондону, союзники начали ковровые бомбардировки немецких городов. Военнопленных из лагеря, расположенного в 30–35 км от Дрездена, отправляли в Дрезден небольшими командами на разбор завалов. Спасать в этих завалах было практически некого после бомбардировок, но тяжелой работы было много. Положение города осложнялось тем, что сюда хлынули толпы беженцев из восточных районов Германии. Помимо гражданского населения, в эти районы начали передислоцировать и военнопленных из других лагерей, расположенных восточнее Торнау и Каменца. В этих «сложных» обстоятельствах лагерное начальство, стало «раздавать» «хороших пленных» местным крестьянам для подготовки весеннего сева. Работа в хозяйствах была тяжелой, но всё же это было относительной свободой передвижения. И дополнительное питание на фермах было нелишним к скудному лагерному пайку. Неразбериха последних военных месяцев, помноженная на пресловутый немецкий орднунг, привела к тому, что Юрий с товарищами по плену добрались своим ходом до Дрездена, чтобы пройти регистрацию в пунктах сбора советских граждан.
Паренек из чувашской глубинки, до школы не знавший русского языка, к окончанию школы имел аттестат, приравненный к серебряной медали. Это давало ему возможность поступить в любой вуз страны без экзаменов. Студент-третьекурсник Московского института стали им. И. Сталина, Юра Владимиров имел бронь института, но в октябре 1941 года ушел на фронт добровольцем. Возвращение к мирной жизни не было простым, но факт учебы в вузе помог сократить Юрию срок вынужденной отработки после освобождения. В августе 1946 года Юрий вернулся в родную деревню, а с сентября 1946 года продолжил учебу в институте.
Вера Фролова, выпускница стрельнинской школы в пригороде Ленинграда, попала в оккупацию 19 сентября 1941 года. 25 км до города на Неве. С первых же дней новые хозяева начали вычищать погреба и закрома крестьян «для нужд армии». Расстрелы, экзекуции, направление на принудительные работы всех, кто мог передвигаться. В мае 1942 года почти всё работоспособное население ближних деревень было отправлено в товарных вагонах в Германию. На сборы было дано двадцать минут. 10 мая Вера Фролова из недавней советской школьницы превратилась в «восточную рабыню». Знак OST – «остарбайтер» – определил её судьбу на несколько лет вперед. Тяжелая крестьянская работа на ферме у хозяина, унизительные проверки и наказания за малейшую «провинность». Летопись этих тяжелых лет составила два тома воспоминаний «Ищи меня в России». То, что Вере удалось все эти годы вести дневник, – настоящий подвиг. Документ потрясающей силы – «свидетельство очевидца и участника одной из самых чудовищных трагедий ХХ века». Зачастую страницы дневника написаны на упаковке от немецких удобрений, после освобождения советскими войсками в марте 1945 года у Веры единственным «трофеем» из Германии был потрепанный соломенный «саквояж» с пачкой дневниковых записей. Записи эти Вера Павловна бережно хранила всю жизнь, и сама подготовила их к первой публикации в 2005 году. Тогда книга, изданная скромным тиражом, сразу стала библиографической редкостью. Перед 80-летием Победы дневники «остовки» вышли в издательстве КоЛибри двухтомником, по-прежнему полным боли, раздумий, надежды и веры.
Наталья Трегуб, зав. библиотекой ДУ
Обратная связь