Нина Фёдоровна Захарчук, кандидат химических наук, ведущий научный сотрудник аналитической лаборатории Института неорганической химии имени А. В. Николаева СО РАН, посвятила науке более полувека. За 53 года работы в Институте она стала автором свыше 200 научных публикаций. Мы встретились с Ниной Фёдоровной, чтобы поговорить о её пути в науку, об удивительных встречах и, конечно же, о том, как оставаться преданным науке десятилетиями.
– Нина Федоровна, расскажите, пожалуйста, о своем детстве: где вы родились, какой была ваша семья?
– Я родилась в 1937 году в маленькой деревушке с поэтичным названием Шай-Гурай, что в Марьяновском районе Омской области. Тяжёлой была жизнь… Обычная деревенская изба вместо школы, один-единственный учитель, и ни одной медсестры на всю округу. Мои родители: Фёдор Захарчук и Ефросинья Луцкова были простыми крестьянами. В нашей семье росло пятеро детей – я, два брата и две сестры. Когда мне было четыре года, началась Великая Отечественная война, отца забрали на фронт. Он долго числился пропавшим без вести. Тогда таких, как он, и тех, кто попал в плен и просто не вернулся, нередко записывали во «враги народа». Так случилось и с ним. Только после войны выяснилось, что он жив, он вернулся домой уже больным и вскоре умер. Мы жили очень бедно. На всех детей в семье была одна пара валенок – представляете? Носили их по очереди. В то время в деревне было много беспризорных детей, но мы держались вместе. Я училась и одновременно работала и в поле, и дояркой, и где только требовалась помощь. Мама одна тащила всю семью, и мы ей помогали. Несмотря на трудности, я окончила школу с отличием и начала работать учительницей начальных классов. Затем мы переехали жить в Киргизию, где я начала серьезно изучать химию. И вот именно там, в научной лаборатории в закрытом стратегическом посёлке Хайдаркан, химия стала моей судьбой. А ещё в 1957 году в наш поселок приезжал с концертами Вольф Мессинг.
– Какое впечатление на вас произвёл Вольф Мессинг? Повлиял ли он как-то на вашу жизнь?
– Мессинг был человеком с невероятной харизмой и какой-то мистической энергетикой. Он выступал с психологическими опытами: читал мысли, вводил людей в гипноз прямо со сцены. Я, честно признаться, относилась ко всему этому скептически. Ну что за «чтение мыслей»? Какой ещё гипноз? Но из любопытства пошла на его выступление. И не один раз – три вечера подряд. На третий вечер, проходя мимо меня в зале, Мессинг неожиданно остановился, посмотрел прямо в глаза и заговорил. И в этот момент я почувствовала, будто проваливаюсь куда-то, и на пару секунд сознание будто отключилось. Когда пришла в себя, он спокойно сказал: «Знаешь, не могу тебя ввести в гипноз. Ты сопротивляешься». И это прозвучало не с упрёком, а с каким-то уважением, что ли. А потом вдруг добавил: «У тебя есть мечта. Но ты думаешь, она неосуществима». И попал в самую точку. Я мечтала учиться в университете, но казалось, что путь туда для меня закрыт – мама тяжело болела, денег не было совсем. Он сказал: «Я знаю, как ты можешь это изменить». Посоветовал купить пять лотерейных билетов, тогда как раз шла Всероссийская лотерея. Я купила, не особо надеясь на выигрыш. И что вы думаете? Выиграла! Моя мечта стала реальностью, я поехала поступать в Казахский государственный университет.
– Вам выпал шанс изменить свою судьбу. Верите ли вы в предопределенность или считаете, что всё зависит от случая?
– Это был, скорее, эзотерический опыт. Но я всегда замечала: если чего-то очень сильно хочу и сосредотачиваюсь на проблеме, то рано или поздно нахожу её решение.
– Нина Федоровна, расскажите, как вы пришли в науку?
– Я приехала в Новосибирск в начале 60-х годов прошлого века и начала работать в аналитической лаборатории Института неорганической химии имени А. В. Николаева СО РАН. В Институте познакомилась с Юрием Михайловичем Румянцевым, который стал моим мужем. Впоследствии я защитила кандидатскую диссертацию и получила должность ведущего научного сотрудника. Одновременно в НГУ преподавала в течение пяти лет новые методы исследования функциональных материалов. Мое основное направление научной работы – инверсионная вольтамперометрия стратегически значимых материалов. Также я занималась исследованием влияния различных лекарственных препаратов на окислительные свойства крови. Эта тема остается актуальной и сегодня.
– Применялись ли ваши методы в медицине?
– Да, я исследовала кровь детей перед хирургическими операциями с помощью электрохимического метода инверсионной вольтамперометрии. Это быстрый и эффективный способ, который не требует сложного оборудования. Метод позволяет оценить неспецифическую резистентность организма путем измерения соотношения ионов дисульфидов и диолов. Эти компоненты дают информацию о состоянии организма, что помогает врачам принимать правильные решения.
– Каков ваш вклад в развитие методов исследования материалов?
– Мой вклад заключается в разработке новых методик исследования свойств материалов, используемых в создании приборов. Я предложила электрохимический метод, который позволяет исследовать вещество, подмешивая в него графитовую пасту. Это дает возможность получать сигналы о происходящих фазовых переходах (альфа, бета) и формах вещества.
– Известно, что вы активно работали с немецкими коллегами, которые высоко оценили вашу квалификацию. Как началось ваше сотрудничество с профессором Фрицем Шольцем?
– Фриц Шольц (Fritz Scholz) – известный немецкий учёный в области аналитической химии, профессор Университета Грайфсвальда. Его имя известно благодаря новаторским работам в электрохимии, особенно в развитии методов полярографии и электроанализа. Он является автором более 600 научных публикаций, а также основателем и главным редактором двух влиятельных научных журналов: Electrochemistry Communications и Journal of Solid Electrochemistry. В то время я занималась разработкой стратегически важных материалов – арсенидом галлия, антимонидом индия и другими соединениями, которые использовались для создания «сердец» приборов: от устройств, применяемых в космических исследованиях, до компьютерной и электронной техники. Мои работы публиковались в профильных научных изданиях, и именно через них Фриц Шольц узнал о моих исследованиях. Он сам предложил мне сотрудничество, и мы начали работать дистанционно. Впервые Германию посетила в 2011 году. Когда туда приехала, своим иностранным коллегам сказала: «Хотите получить от меня результаты — учитесь говорить по-русски» (смеется). В Германии защищались и мои ученики.
– Кто из ваших учеников особенно запомнился?
– Среди моих аспирантов есть те, кто достиг значительных успехов. Например, Увэ Шредер, который начал свою карьеру сотрудником Берлинского университета имени Гумбольдта, затем стал директором Грайфсвальдского университета, а также получил степень доктора. Также стоит отметить Ирину Петровскую, Наталью Валишеву и Татьяну Скибу – все они являются сотрудниками Института неорганической химии и активно работают в своей области.
– Как вы считаете, что играет ключевую роль в научной карьере: талант, упорство или удача?
– В науке важна интуиция. Упорство прокладывает путь к успеху. И, если не сдаваться, то удача приходит к тем, кто настойчиво движется к своей цели. Но знаете, что я поняла за эти годы? Аналитик – это не профессия, а призвание. Это не просто человек, который нажимает кнопки приборов или выдает таблицы. Настоящий аналитик – это ученый-экспериментатор, которому важно докопаться до сути. От его внимательности и точности зависят не только научные выводы, но и последующие решения синтетиков, технологов, врачей. Ошибаться нельзя – и в этом вся суть нашей работы: быть максимально точным, но при этом сохранять интерес к эксперименту.
– Помимо научной работы, чем вы любите заниматься в свободное время?
– Люблю работать на даче, особенно выращивать клубнику. У меня целое поле! Я соблюдаю три своих правила: не мешать ей расти, поливать обильно и никаких подкормок. Но в молодости с мужем мы увлекались путешествиями.
– Нина Федоровна, расскажите об этом подробнее?
– У нас сложилась потрясающая группа – настоящие романтики, объединённые страстью к путешествиям и в особенности к горным восхождениям. Мы с мужем примкнули к ней. Руководили нашими экспедициями известные ученые – академик, директор Новосибирского Института биоорганической химии (НИБХ СО АН СССР) Дмитрий Георгиевич Кнорре и Владимир Александрович Бархаш из Института органической химии им. Н. Н. Ворожцова СО РАН. Мы покоряли вершины Алтая, Тянь-Шаня, Урала, Курильских островов… И вот, наконец, отправились на Камчатку с целью подняться на Ключевскую сопку! Это действующий стратовулкан, расположенный на востоке полуострова, и самый высокий активный вулкан в Евразии. Ему около 7000 лет – настоящий древний гигант. Пейзажи на склонах вулкана были совершенно нереальными, просто космическими, казалось, что я на Луне — одни камни, скалы и никакой жизни. Когда мы уже были на высоте 4752 метра и оставалось около 100 метров до кратера — внезапно произошел сильный выброс пепла. Мы замерли. Все вокруг мгновенно заволокло серым облаком, нас засыпало пеплом. Было и страшно, и захватывающе одновременно. Словно сама Камчатка напомнила, кто тут главный. Это было настоящее приключение. Дикая, суровая, величественная – вот такая она, Камчатка!
Беседу вела Любовь Шигарова
Фото из архива Н. Ф. Захарчук
Обратная связь