В рамках празднования Дня науки в Новосибирском Академгородке проходят многочисленные встречи, дни открытых дверей в различных НИИ, лекции. Одну из таких лекций, которая называется «От скальпеля к катетеру» прочитал молодой ученый, стипендиат президентского фонда грантов врач, рентгенэндоваскулярный хирург Национального медицинского исследовательского центра им. Академика Е. Н. Мешалкина Алексей Баранов. Лекция получилась очень интересная и познавательная. Малый зал Дома ученых был почти весь заполнен. Все внимательно слушали, а потом еще долго не отпускали молодого ученого, задавая ему многочисленные вопросы.
Алексей рассказал нашему корреспонденту о своей работе.
– Алексей, расскажите пожалуйста, о чем будет ваша лекция?
– Моя лекция посвящена относительно новой, но стремительно развивающейся медицинской специальности – рентгенэндоваскулярной хирургии. О её существовании многие даже не догадываются, настолько она молода. Это направление тесно связано с хирургией сосудов и сердца. Его главная особенность – уникальная возможность проводить сложнейшие операции без единого разреза: доступ к сердцу осуществляется через крошечный прокол сосуда на руке или ноге. Грудная клетка при этом остаётся закрытой. Эта лекция адресована широкой аудитории. Моя цель не просто рассказать о новой технологии, а донести главное: она уже сегодня доступна и абсолютно бесплатна для каждого жителя Российской Федерации.
– То есть можно прийти с обычным полисом и получить совершенно бесплатно новейшее лечение?
– Да, при наличии соответствующих показаний можно совершенно бесплатно получить высокотехнологичную операцию.
– И такие операции уже опробованы, апробированы и поставлены на поток?
– Да, именно так. Эти операции не просто опробованы – они клинически апробированы, методики отработаны и уже много лет выполняются рутинно, на потоке. В ведущих федеральных центрах и даже во многих региональных больницах это повседневная практика: ежедневно проводятся десятки вмешательств при инфарктах, инсультах, аневризмах, пороках сердца. Более того, для экстренных пациентов (например, при остром коронарном синдроме) это «золотой стандарт» помощи, утверждённый клиническими рекомендациями. Так что сегодня это не экспериментальная хирургия, а реально работающая система здравоохранения.
– А тромбы, вы занимаетесь ими?
– Да, тромбы – это как раз одна из ключевых зон нашей работы. Мы не только диагностируем их локализацию с высокой точностью (вплоть до того, какая именно ветвь сосуда заблокирована), но и удаляем их малоинвазивно. Существуют разные методики: тромбаспирация (буквально «отсасывание» тромба через катетер) или локальный тромболизис – когда препарат вводится непосредственно в зону закупорки, растворяя сгусток на месте. И всё это через тот же крошечный прокол. Особенно это критично при массивной тромбоэмболии лёгочной артерии, тромбозах глубоких вен или артерий конечностей. Так что да, тромбы – это «наш пациент».
– Эти операции проводятся под наркозом?
– Нет, полноценный наркоз требуется далеко не всегда. В большинстве случаев мы работаем под местной анестезией: обезболиваем только зону прокола. Пациент находится в сознании, может дышать самостоятельно и даже общаться с командой. Это колоссальное преимущество, особенно у пожилых или тяжёлых больных, где общий наркоз сопряжён с высокими рисками. Наркоз применяется лишь в отдельных ситуациях: например, у маленьких детей, при некоторых длительных и сложных вмешательствах на сосудах мозга или если пациент сам не может сохранять неподвижность. Но в целом девиз нашей специальности – «минимум дискомфорта, максимум эффективности».
– Как долго после этого человек находится в стационаре?
– Срок госпитализации напрямую зависит от того, с чем поступил пациент и насколько тяжёлым было его состояние. Но если говорить о плановых вмешательствах, например, о стентировании коронарных артерий, то здесь всё очень щадяще. Часто пациента выписывают уже на вторые-третьи сутки. Саму операцию мы делаем в первый день, затем один-два дня уходит на наблюдение и контрольные обследования.
– Он сможет после операции вернуться к своему прежнему образу жизни? Скажем, спортсмен к спорту?
– Здесь очень важно понимать: каждый случай индивидуален. Сроки возвращения к нагрузкам, их интенсивность и характер зависят от исходного диагноза, объёма вмешательства, возраста пациента и десятка других факторов. Кому-то действительно достаточно двух недель, чтобы чувствовать себя полностью восстановившимся, а кому-то требуется более длительный и осторожный подход. Но есть то, что неизменно для всех: физическая активность после операции необходима. Вопрос лишь в её дозировке. Мы никогда не говорим: «лежите и не двигайтесь». Напротив – мы рекомендуем постепенное, контролируемое, строго дозированное возвращение к нагрузкам. Начинаем с малого: ходьба, дыхательная гимнастика, ЛФК. Затем, под контролем врача и функциональных тестов, расширяем режим.
– Что бы вы хотели пожелать вашим слушателям?
– Как специалист я бы хотел пожелать всем крепкого здоровья. Но почаще обращаться к своему здоровью, к врачам, и при наличии какого-либо заболевания ни в коем случае не заниматься самолечением, а выполнять все рекомендации врача и доверять медработникам.
Сергей Завражных
Фото автора
Обратная связь