16 августа свой 80-летний юбилей отметил Юрий Викторович Михеев, личность легендарная.
Он один из первых выпускников ФМШ, кандидат педагогических наук, 15 лет был завучем в ФМШ. Автор и соавтор 70 процентов методических пособий для учеников Заочной ФМШ с 5 по 11 класс, соавтор ряда учебников и учебных пособий по преподаванию математики для средней школы.
В составе творческих коллективов лауреат Премии Президента РФ в области образования и Премии Правительства РФ в области образования. Юрий Викторович довольно много проработал в стройотрядах и написал поэту «Железный Самсон», посвященную этому движению.
– Сознательная моя жизнь началась в поселке Тисуль Кемеровской области. Там я пошел в школу. С детства я был ответственным, старался хорошо учиться. По математике учебники у нас были Киселева, в нем содержались серьезные задачи, и, чтобы их решить, требовались усилия. Какие-то задачи у меня получались не сразу, приходилось потрудиться над ними. Эту особенность заметил мой учитель математики Виктор Георгиевич Сватер. И он начал мне иногда давать маленькие книжечки с материалами московских олимпиад. Я по мере возможности старался решить и их. Наверное, в целом неплохо получалось, потому что в 1962 году меня отправили на областную олимпиаду по математике, этап Всесоюзной олимпиады. Там я выступил достаточно успешно, меня включили в команду от Кемеровской области на Московскую Всесоюзную олимпиаду (стоит отметить, что Ю. В. перед Всесибирской олимпиадой, в которой участвовало большинство фымышат, имел свою, богатую и успешную олимпиадную траекторию (комм. одноклассника и друга Валерия Васильева)). Я команду не подвел. Выступил неплохо, заработал грамоту 3-й степени, это как бронзовая медаль на Олимпийских играх.
И на обратном пути в поезде ребята из Новокузнецка достали плакат с задачами Первой Всесибирской олимпиады. Часть задач была по математике, часть – по физике. Мы как математики свою часть одолели коллективом, а физику я уже дома дорешал. Решения отправил по почте в Новосибирск, ну и – все закрутилось. Меня пригласили в Кемерово на второй тур. И в Кемерово нас, лучших из лучших, отобрали и повезли на поезде в Новосибирск, Академгородок, на третий тур. Домой даже не пустили попрощаться. Многих родители искали… Так мы и оказались в Академгородке. Нас отобрали из 9 и 10 классов в несуществующую еще ФМШ. Это был 62 год. Лето.
Так мы и попали в Физматшколу. Заканчивали мы вместе, вместе всем выдавали аттестаты.
– Кого вы в первую очередь вспоминаете из учителей?
– Один из наших учителей, который был инициатором раннего входа в науку, Алексей Андреевич Ляпунов. Он сам был известный математик, большое участие в организации всей ФМШ принимал. Он вел спецсеминар по дискриптивной теории множеств, на котором мы изучали несколько серьезных математических книг. Он давал задания по изучению того или иного раздела. Мы старались, отдувались как могли. (Есть такая форма обучения, как лекции, а А. А. выбрал наиболее эффективную форму – семинар. То есть дается задание для самостоятельного изучения, потом он задает вопросы, комментируют все остальные. Получается оживленная обработка материала. Не то что в одно ухо влетело, в другое – вылетело. Основательный, серьезный подход к обучению! (прим. Васильева)).
Кстати, Алексей Андреевич сыграл в моей жизни ключевую роль, он был моим научным руководителем по диплому в НГУ. И защищал меня от комиссии.
– Как вы вспоминаете годы учебы?
– Мое восприятие ФМШ – меня окружали талантливые люди, которые стремились достичь всего и как можно больше, жадные до знаний. Один из моих друзей, например, обладал фотографической памятью, я первый раз такое наблюдал. Его считали одним из перспективных математиков, Валера Новиков. Он даже с Канторовичем общался, ходил к нему в гости в коттедж. Но сейчас он вернулся в Кемерово. Жизнь – штука сложная, с НГУ у него не получилось, он заканчивал образование в Политехническом в Кемерово. Он внес большой вклад в наше музыкальное образование, много в музыке понимал. Вообще был глубокий, тонкий человек – недаром с Канторовичем дружил.
Но и наши преподаватели были высокообразованными людьми. Например, есть фотография, где Ляпунов рассказывает нам о «Мадонне» Рафаэля. У Ляпунова было много альбомов по живописи, геологическая коллекция хорошая была. Он во всех проявлениях жизни был неравнодушным человеком. То есть мы не только про математику разговаривали, но и на всевозможные темы – искусство, музыка и так далее. Кстати, с его подачи мы пошли сразу на второй курс НГУ.
Алексей Андреевич Ляпунов беседует с учениками ФМШ Юрием Михеевым (слева, у стеллажа) и Валерием Васильевым (справа, у окна). Тема беседы – «Мадонна» Рафаэля.
– Это правильное решение. Беда большинства фымышат – им скучно на первом курсе бывает, а потом они не могут догнать и вылетают из НГУ…
– Да, в этом плане он был очень мудрым. И для меня он нашел задачу в соответствии с личными научными интересами. А еще он способствовал тому, чтобы мы с первого курса привлекались к работе в Альма матер. Известно, что наш Гена Фридман основал Заочную ФМШ. Естественным образом получилось, что, отучившись в НГУ, часть ребят пошли по научной стезе, а я осел в ФМШ. И получилось так, что во время защиты диплома завуч ФМШ Самуил Исакович Литерат встретил меня в НГУ и спросил, не хочу ли я преподавать там. Я попросил время на подумать и – согласился через несколько часов. И вот с момента защиты и до сих пор я работаю там, с 69 года. Меня пытались сманить в Институт математики, но я не пошел.
– А какие-нибудь истории из жизни ФМШ забавные вспоминаются?
– На 90 человек было всего 9 девочек, поэтому все истории связаны в основном с ними. Конкуренция была очень жесткая. Но девочки были все – умницы, красавицы и замечательные человечки.
А если сравнить современную систему образования, во многом формализованную, ЕГЭ тот же, и тогдашнюю?
– Мое отношение к ЕГЭ – это система, в которой часть задач неплохая, если по ним учить математике, то они вполне для этого подходящие, но в целом как система плоха, поскольку сто баллов по ней имеет крайне мало выпускников. А заслуживающих пятерок, по моим представлениям, гораздо больше.
– Как вы своих учеников вспоминаете?
– Мне мои ученики нравились. Но вот с чистыми математиками было сложнее.
Я вел спецкурсы, и на одном из них ученички учили меня преподавать. Выходили к доске и демонстрировали свои возможности. Веселые и умные ребята в ФМШ всегда были.
– А вот фотография, где сам Рейган жмет вам руку. Это не фотошоп?
– История такая. В те годы, когда только открылся Железный занавес, было популярно проводить обмен между школьниками и студентами разных стран. 1987 год. Мы наладили контакты с Академией Филлипс. У них тоже был подобного типа небольшой городишко, недалеко от Бостона. И повезли туда фымышат, поехали я и директор А. А. Никитин. И Никитину через посольство удалось договориться о встрече нашей группы с президентом Рейганом. Это все было в Вашингтоне, в Белом доме.
– Какие остались воспоминания об этой поездке, о чем говорили?
– Говорили о том, что будущее в общении народов – за молодежью, что общение между нашими школами очень важно для мировой политики. Мы на память сделали общую фотографию и личные с Рейганом. Общая есть где-то в Сети, но я не могу ее найти.
– Что вам дала ФМШ? Кроме будущей профессии, которая и стала жизнью.
– Мы же были простыми деревенскими мальчишками. А тут – цивилизация, город. Большая наука… ФШМ научила нас творческому подходу к жизни. Во всем. Зарядила страстью к познанию. Ну и научила тому, что всегда есть кто-то лучше, чем ты. И это – нормально и даже здорово!
Елизавета Садыкова
Фото автора и из архива В. Васильева
Первый выпуск ФМШ: В. Васильев, Ю. Михеев и В. Давыдов
Обратная связь