А. Кужутов и А. Манштейн «Под Интегралом»
Вряд ли найдешь человека, равнодушного к звукам духового оркестра. Так или иначе мы все когда-то сталкивались с мелодиями, звучащими на праздниках, танцах, концертах и парадах. Когда слышишь духовую музыку ― улыбка сразу на лице! Вот и ответ, почему жанр духовой музыки вызывает такой живой интерес.
«Юбилейный микс: 15 лет в ритме успеха!» – так называется программа, которая будет представлена 7 июня на сцене Дома культуры «Академия» народным коллективом духовым оркестром ДК «Академия» при участии народного коллектива «Студия академического вокала “Сила голоса”».
Поначалу, когда духовой оркестр ДК «Академия» делал свои первые шаги, его участниками были в основном научные сотрудники и работники научно-исследовательских институтов Академгородка, как это было и в других старейших оркестрах Дома культуры «Академия»: симфоническом оркестре и оркестре русских народных инструментов.
Профессиональный музыкант, трубач, Александр Александрович Незнамов создал новый самодеятельный коллектив духовиков в 2010 году и за короткое время сумел его сплотить и объединить. Небольшой, но слаженный оркестр сразу полюбился публике, которая с удовольствием приходила на концерты, где чаще всего исполнялись легко узнаваемые эстрадные композиции, танго, вальсы и народные мелодии.
В прежнем составе оркестр действовал до 2022 года, а затем его возглавил профессиональный музыкант и трубач Дмитрий Павлович Слатвинский. С его приходом состав оркестра почти полностью обновился. Остались лишь старейшие участники оркестра: Александр Константинович Манштейн, доктор технических наук, который хотя и посвятил себя геофизике, но увлечение игрой на саксофоне не оставил, и Александр Владимирович Кужутов, который также успешно сочетал свою техническую и научную деятельность с музыкой. Между прочим, они играли еще «Под Интегралом!». В нашем оркестре Александр Владимирович играет на бас-гитаре и, пожалуй, на самом сложном инструменте – валторне. Валторна Александра Владимировича настолько видавшая виды, что на самом деле приходится молиться, чтобы она продолжила издавать нужные звуки! А вернее всего, нужно иметь определенное мастерство, чтобы те самые звуки извлекать. Александр Владимирович это умеет, плюс к этому играет на бас-гитаре и на контрабасе.
Сегодня в оркестре есть выпускники музыкальной школы, которые стали студентами, их мамы и люди разных профессий, некоторые из них буквально пару лет назад взяли в руки музыкальный инструмент и делают первые шаги в этом направлении.
Объединяет всех оркестрантов, координирует их игру, задает темп, динамику, создает стройную трактовку музыки, управляет процессом исполнения руководитель и дирижер оркестра Дмитрий Павлович Слатвинский.
Без сомнения, его неистощимая энергия, невероятная харизма, высокий профессионализм (он окончил Алтайский государственный музыкальный колледж, Новосибирскую государственную консерваторию им. М. И. Глинки и магистратуру с отличием!), филигранное владение инструментом (трубой) неудержимо притягивает.
Он прилагает огромное количество сил по организации концертов, выступлений, выездов на конкурсы и встречи. Он делает все, чтобы создать крепкий, слаженный и достаточно обученный коллектив.
На репетициях оркестра Дмитрий Павлович не устает напоминать оркестрантам, как важно слушать друг друга и понимать, что ты исполняешь в оркестре со своим инструментом: тему, контрапункт или аккомпанемент, в зависимости от этого меняется динамика произведения.
Он показывает приемы правильного дыхания, а оно является важнейшей составляющей звукоизвлечения при игре на духовом инструменте. Делится с оркестрантами секретами мастерства, предостерегает от различного рода ошибок и вредных навыков.
Обычно наш духовой оркестр выступает на концертах совместно с участниками студии академического вокала «Сила голоса», которой руководит Алена Валерьевна Кобышева. Она же и ведет концертные программы, готовит сопровождение – текст и видеоряд, – что ей удается на самом высоком уровне. Достаточно вспомнить великолепную программу мероприятия «Музыкальный взлет от Земли к звездам», посвященную Дню космонавтики. Концерт получился межпланетного масштаба!
Особой благодарности заслуживает администрация Дома культуры «Академия» в лице Ирины Владимировны Спицыной, которая всячески старается помочь в развитии, укреплении и процветании духового оркестра.
А что же происходит за кулисами, за пределами сцены? Каковы они, эти необыкновенные люди вне концертных программ?
Попытаемся узнать оркестр изнутри и что это за люди, такие прекрасные на сцене, как у них получается так радовать и восхищать зрителей.
Мы побеседовали с некоторыми из них и узнали их творческий путь.
Александр Кужутов, валторна. Он – легенда, играл еще «Под Интегралом»:
– Начинал я здесь, в «Академии, в 1964 году. В ДК был Симфонический оркестр, и в нем – один валторнист, Вася Воронин. А я тогда был еще школьником и подрабатывал киномехаником при «Академии». Посмотрел как-то в свое окошечко – а там оркестр играет. Я даже не знал, как инструмент называется, говорю – а мне вот этот нравится. Оказалось – валторна.
Грамоту музыкальную я знал, потому что учился играть на баяне в музыкальной школе. Здания школы еще не было, классы располагались в домах, в квартирах. Но мне баян не нравился, я волейболом тогда больше увлекался. И преподаватель по баяну мне не нравился. Он немец был, но почему-то Иван Иванович Иванов.
И я стал заниматься на валторне. А потом мне предложили учиться в студии при консерватории, там в качестве педпрактики студенты занимались с нами, на разных инструментах. Мне это все понравилось. И я стал ходить в Симфонический оркестр ДК.
Потом меня в армию призвали. Мы в Шилово на полигоне учились стрелять и принимали присягу. И вот как-то пришел старшина из военного оркестра и начал выяснять, кто умеет играть на музыкальных инструментах. Потом нас поездом отправили под Абакан, но вышел приказ командующего Сибирским федеральным округом – меня и еще двух музыкантов командировать в оркестр штаба СФО. И мы – на паровоз и к себе домой, в Новосибирск.
Нас было трое: контрабасист из Тюмени, флейтист и я, валторнист.
Казарма была в Окружном Доме офицеров, на Красном проспекте. Парады, всякие построения и т. д. не обходились без нас. Мы даже ездили в Москву с военным оркестром на Всеармейский конкурс, в котором участвовали лучшие оркестры со всего Союза.
– А когда это было?
– Конец 70 года.
– А как вы «Под Интегралом» оказались?
– Это раньше было. У нас был оркестр, в котором знакомые ребята играли – Саша Манштейн и другие. У нас, говорят, контрабаса нет, приходи. Я – ну хорошо, говорю, давайте. Это был где-то 66 год. Школу только закончил.
– Сложно было контрабас осваивать?
– Нет. Мозоли только были…
А потом я поступил в НГУ, там заочное отделение тогда было. А после армии пошел в НЭТИ, который и закончил.
А «Под Интегралом» мы стали играть джаз и популярные песни. У нас был певец по фамилии Валторнист, молдаванин. В клубе-кафе «Под Интегралом» были «кабачковые дни» – пятница, суббота, воскресенье, в это время и выступали.
С нами девушки пели. Тогда только вышел фильм «Человек-амфибия», и мы пели «Нам бы, нам бы всем на дно…». А песня, оказывается, дожила до сегодняшнего дня! До сих пор играем.
Закрыли его после нашумевшего бардовского фестиваля. Было много известных бардов, среди них Галич, который был известным сценаристом.
– А почему закрыли? Разве известный сценарист был запрещен?
– Он не был запрещен. Но власти его не любили. И после фестиваля клуб объявили «рассадником социал-демократии».
У нас в ансамбле пела девочка. Она училась в городе и приезжала в Городок. Ирина Алферова. Та самая.
– Она же стала Королевой красоты «Под Интегралом»?
– Не совсем. 8 марта был конкурс, на котором избиралась «Мисс Интеграл». Ирочка потанцевала с Галичем и он предложил дать ей звание мисс-пресса.
– А победил Герман Безносов?
– Не, это было за несколько лет до, во время первого конкурса. Да, Гера Безносов. Его даже знакомые в этом гриме не узнали. Он был «министр странных дел». Там было много всего веселого и интересного, академическая молодежь развлекалась как могла.
А после закрытия в этом месте еще какое-то время было вечернее кафе, мы в нем с ребятами играли.
После армии я вернулся в Городок и обнаружил оркестр в упадке. Музыкантов-духовиков почти не было, играли произведения для струнного состава. Мне не хотелось бросать, поэтому я взял контрабас вместо валторны и продолжил...
– А гитару вы потом освоили?
– Тогда же. В то время бас-гитары еще не было, я шестиструнку переделал на толстые струны. Мы сами делали все: и аппаратуру, и разные усилители, колонки…
А потом я в 72 году женился. И работал в Институте математики.
– В геологию как вы попали?
– Меня одноклассник Саша Манштейн позвал. Там было общество с ограниченной ответственностью, ООО «КБ Электрометрии». Мы изготавливали геофизические приборы для зондирования земли.
А потом 15 лет назад образовался Духовой оркестр «Академии». Нас тогда было 8 человек. И мы получили звание Народного. Я играл на бас-гитаре и кое что на валторне. У нас был огромный репертуар.
– Где вы выступали?
– Ездили по области. В клубах, для детей, в городском саду, ну и в ДК, конечно же, постоянно…
– А можно сравнить оркестр сейчас и тогда?
– Это две большие разницы. У нас же профессионалы играли, а сейчас много любителей, начинающих. Мы все делали сами, никого учить не надо было. Демократия. Ноты печатали, кто-нибудь приносил, пара репетиций – и в репертуаре. Репертуар был очень большой. Руководитель – военный музыкант Саша Незнамов, мы с ним вместе служили. Собирались раз в неделю, репетировали. Но сейчас у оркестра новый руководитель, С Димой он обрел второе дыхание. И это хорошо!
Один из ярких участников Оркестра – Дариус. Дариус родом из Испании. У нас он играет на тубе, а также преподает испанский в НГУ (это, собственно, его основная деятельность). Дариус уезжает на днях на родину, но мы все надеемся, что он вернется…
– Дариус, скажи, а какое у тебя полное имя?
– Оно у меня каталонское – Дариус Руда и Мена.
– Обычный, наверное, для тебя вопрос: как возник интерес к России, русскому, как ты сюда попал?
– Всегда интересовался Россией.
– В Испании учат русскому?
– Да, в частном порядке – в разных местах. Ходил, занимался много лет.
– И, наверное, русскую литературу читал? Какое у тебя любимое произведение, писатель?
– Не могу выбрать, нравится все.
– Ну хорошо, какое первое произведение ты прочитал?
– На русском? «Первая любовь» Тургенева.
– В Россию когда впервые попал?
– Примерно в 14 лет, с родителями.
– Сколько тебе лет сейчас?
– Почти 36.
– Кто-нибудь дома разделяет твою любовь к России?
– Почти все.
– Может, у вас русские корни есть?
– Нет, совсем нет.
– А когда ты работать, жить приехал сюда впервые?
– В 2018 году. Я жил здесь почти год, потом – в Санкт-Петербурге. Потом вернулся и – снова…В общей сложности, 8 лет работал для российских университетов.
– А когда ты музыкой увлекся?
– В Испании еще. Всегда хотел учиться музыке.
– Учился на духовых инструментах играть?
– Нет, на виолончели. И чаще на ней играю.
– Духовыми впервые занялся в Германии, а потом в Италии.
– То есть ты не только в России жил?
– Нет, это уже шестая страна у меня.
– Что тебе здесь больше всего нравится?
– Все, даже погода, которая, кажется, не нравится никому, кроме меня.
И конечно, мы побеседовали с еще одним аксакалом нашего оркестра. Александр Манштейн, тенор-саксофон:
– Александр, расскажите, с чего для вас началась музыка?
– С Кужутова все и началось. Хотя у меня дома всегда была музыка, было много виниловых пластинок, магнитофонные записи... Мы учились в школе и в школьной раздевалке увидели объявление, что в оркестр ДК «Академия», который тогда был кинотеатром «Москва», требуются музыканты. Это был 1963 год. И руководитель говорит: – Приходите, кто хочет. Для любого человека найдем инструмент.
И тогда в ДК был закуплен роскошный комплект инструментов: гобои, фаготы, валторны, большой барабан, литавры, саксофоны и так далее. Михаил Алексеевич Лаврентьев лично свои деньги в это дело вложил.
И вот Эдуард Михайлович Левин предложил мне попробовать играть на фаготе.
– Он был в оркестре Академии?
– Да, заведовал духовой группой в оркестре и занимался с нами. В том числе основами музыки. Диктанты писали музыкальные… Также как и Саша Кужутов, я занимался в студии при консерватории. Пришел студент оттуда и предложил мне заниматься у них. Потом он, кстати, стал первым фаготом, в Омске или Томске, точно не помню. Было очень интересно изучать строение инструмента и, конечно, создание самого аккорда музыкального, музыки. Это захватывало.
А потом сотрудник Института математики Геннадий Белоглазов набрал из нашего оркестра команду для выступления «Под Интегралом». Он сам нам расписывал ноты. Саша Кужутов тоже, если слышал где-то музыку, с пластинок или с магнитофона, списывал. Подбирал на баяне, потом записывал ноты. И мы играли.
– А эти ноты сохранились?
– Да ты что, полвека прошло с тех пор…
– Если вам так нравилась музыка, почему вы в науку пошли, в геофизику?
– Так получилось, что еще школьником я был знаком с людьми, которые набирали детей в ФМШ. Местным ребятам говорили: – Ты приходи на занятия, да и все. Я не ходил, но в НГУ поступил.
На самом деле, у нас в Городке уровень образования очень высокий. Наука была везде! Когда сосед-известный физик во дворе показывает и рассказывает мальчишкам, как устроен двигатель автомобиля или когда ты участвуешь в разборе самолета, вопросов, куда поступать, не возникало.
А еще были друзья семьи, геофизики, которые увлекательно рассказывали о своих экспедициях на севера. И я понял, что нужна работа, которая связана с природой, с поездками.
– Но несмотря на науку, музыку вы все-таки не забросили?
– Когда я на фаготе научился играть хотя бы гаммы, мне предложили саксофон. Это вообще красота, по сравнению с фаготом особенно. Мне достался новый саксофон, ни разу не ломанный. Я сам сделал трость к нему, пластиковую, играл с ней лет пять и так его с ней и отдал. Ко мне как-то мужики на танцах подошли, говорят: – Хороший инструмент, ты его береги. Не сберег.
Это был уже третий курс НГУ, математика, физика, у нас на геофизике этих знаний большой объем, как и у физиков примерно. И просто не было времени на оркестр. Но вообще с оркестром мы очень много выступали на всяких публичных мероприятиях. Институты приглашали и так далее. Ядерная физика нас как-то пригласила выступать на теплоходе, который плыл по Оби. Играли для иностранцев, это был 1968 год, ядерная конференция МАГАТЭ.
А потом купил простой недорогой саксофон, играть для себя, для друзей, в институте. Люблю в лесу поиграть, в Каракане где-нибудь. Потом я ходил в симфонический оркестр при Академии. Играл на саксофоне, на фаготе было сложно. А когда 15 лет назад создали духовой, пошел туда. Ходил, чтобы публику видеть, людей. Общаться. В оркестре были люди науки, с которыми можно было на разные темы поговорить. А сейчас я один в оркестре доктор наук остался…
– Чем вам «Интеграл» запомнился?
– Там было много интересных, талантливых людей. Тот же Бурштейн, который был президентом клуба, талантливый ученый, как оказалось, решил много сложных физико-математических задач. Был у нас Юра Лосев, не знаю, инженер или научный сотрудник, хорошо пел русскую лирику, романсы. Он сам построил дельтаплан и разбился на нем. Меня это сильно поразило. Тогда это было модным увлечением, делали по чертежам из «Техники молодежи»…
– И резюмируя, скажите, что для вас музыка?
– Это часть жизни. Без музыки нельзя. Жизнь многогранна, а музыка – ее существенная часть.
7 июня состоялся юбилейный концерт Духового оркестра «Академии» с участием солистов студии «Сила голоса». 11 номеров – рекордное количество композиций за этот вечер, исполненных оркестром. Концерт получился очень теплый и душевный. Оркестр удостоился почетной грамоты от мэрии Новосибирска за многолетнее служение искусству.
Дмитрий Слатвинский, художественный руководитель и дирижер духового оркестра ДК «Академия» поделился воспоминаниями и мыслями об оркестре.
– В июне 2020 года директор «Академии» Ирина Владимировна Спицына пригласила меня на собеседование для трудоустройства руководителем в духовой оркестр.
Я отозвался, не зная об оркестре ничего. В начале июля я пригласил участников коллектива для знакомства, провел презентацию. От старого состава было 4 человека, я не знал, что их всего 7, ведь для меня духовой оркестр – это минимум человек 20.
То есть изначально меня просто попросили, сказали – вот есть оркестр, его надо поддержать. Это потом стало понятно, что оркестра-то, по сути, нет…Стали искать состав. Также я увидел отсутствие инвентаря, проблемы с инструментами.
Некоторых любителей нашел в Новосибирске, обучались у меня в частной школе. В Академгородке тоже были люди, которые хотели играть в оркестре, но не могли в силу разных причин, это был для них шанс. И вот в конце августа мы приступили к репетициям.
Первый состав у нас был небольшой, около 12 человек, туда подключились ребята из ДМШ, 10–11 класс.
Мы стали активно работать и буквально уже через два месяца начали выступать, чем обрадовали дирекцию ДК. Оркестр зазвучал по-новому.
Через некоторое время мы поняли, что у нас есть детский оркестр и совершеннолетние учащиеся ДМШ Городка, игравшие в детском оркестре, выпустившись, могут пополнить наши творческие ряды в ДК «Академия». А сам по себе оркестр видоизменяется, растет.
По словам руководителя, 15 лет – это серьезная история. И чудесно, что в ДК «у кого-то когда-то зародилась идея собрать группу, оркестр единомышленников, которые не просто от раза к разу соберутся, порепетируют для себя, а станут полноценным коллективом. И даже получат звание «Народного»».
Сегодня, по мнению Слатвинского, сложно найти пять-семь человек, которые бы горели делом, создали и поддерживали что-то на чистом энтузиазме, как это было в советские годы. А оркестр так и жил и продолжает. И это прекрасно!
– Руководители меняются, сам по себе оркестр живет, развивается. И если мне хватит сил проработать здесь 15–20 лет, мы соберем большой-пребольшой оркестр, человек в 35–40, чтобы он давал большие концерты и собирал полные залы. На данный момент мы видим, что оркестр уже занимает серьезные позиции. Он постоянно выступает, повышает свое мастерство, видоизменяется состав. Он легкий на подъем. И здесь рождается своя история. Люди дружат, общаются, а дружба по музыкальным интересам – это самое важное, потому что любой самодеятельный коллектив начинается с общения и дружбы. Я вижу, что для многих людей это вторая семья, что меня очень радует.
Рождаются и новые глобальные проекты. Например, Всероссийский конкурс «Парад оркестров».
Мы хотим здесь создать большой духовой костер, который будет гореть на радость всем!
Мы также попросили поделиться впечатлениями и мыслями об оркестре с коллегами – певцами студии академического вокала «Сила голоса».
Алена Кобышева, руководитель студии академического вокала «Сила голоса» ДК:
– Я живой свидетель того, как оркестр растет, развивается, поддерживается. Я делала подборку фотографий оркестра за 4 года, с 2022 по 26 годы, и заметила, что на них есть одни и те же лица. Есть, конечно, и те, кто просто промелькнул – ходил какое-то время поддержать оркестр, имея за плечами опыт игры, или те, кто хотел себя поднатаскать – мы всем благодарны. Но те, кто пришел, остался и играет по сей день – это дорого стоит!
Взрослые люди, у которых семьи, дети и т. д. Приятно за этим наблюдать, чувствуется, что есть большой потенциал и есть куда расти, но самое главное – когда люди получают от этого удовольствие. Это основной двигатель, без него не бывает профессионального и творческого роста.
Я в принципе восхищаюсь людьми, которые играют на духовых инструментах, избирают для себя в качестве хобби такой непростой труд. У вокалистов, конечно, идет работа с дыханием всю жизнь, это у нас основное и занимает весь наш путь. Но то, как дышим мы в вокале, и то, как дышит суперчеловек-духовик – это несравнимые вещи.
У духовиков это все настолько сложно, что я удивляюсь людям, которые не просто начинают, а продолжают и не бросают игру.
– Как вам, вокалистам, выступается вместе с оркестром?
– Прекрасно. Но я профессионал, для меня выступать с любым коллективом – большое наслаждение, какого бы он ни был уровня, специфики. Это невероятные вещи, когда ты понимаешь, что с тобой целая команда музыкантов, играющих вживую, ты вживую поешь и все это соединяется в потрясающий акт творчества.
А вообще, духовой оркестр – это один из самых сложных моментов для вокалиста. Это во-первых – высота, которую постоянно надо сонастраивать, во-вторых – мощность самих духовых инструментов, даже не громкость, а энергетика, очень большая и сильная, которая ощущается во время выступления.
И выносить эту мощнейшую энергию может только по-настоящему сильный человек. Я знаю, насколько моим ученикам непросто, потому что они осваивают вокал для себя. У Ани были какие-то опыты музицирования, а Слава вырос за 6 лет с нуля!
Поэтому я и мои вокалисты рады, что у нас есть уникальная возможность – выступать под живой звук. Студий вокальных много по стране, но выступать с живым оркестром – это редкая удача.
Мы очень благодарны музыкантам, каждый раз на каждом концерте возникает, рождается что-то свое, уникальное, свой настрой, свой порыв, вдохновение, и то, как зал воспринимает – это всегда оставляет неизгладимое впечатление и никогда не повторяется.
Вячеслав и Анна Разины, солисты «Силы голоса»:
– Для нас с Вячеславом каждое выступление с оркестром ДК «Академия» – это особенное событие. Петь под живой оркестр – непередаваемые эмоции, мощная энергетика и бесценный творческий опыт. Каждый раз чувствуешь поддержку музыкантов, вдохновляешься их мастерством и увлечённостью музыкой. Очень приятно сотрудничать с оркестром, который объединяет талантливых, искренне любящих своё дело людей. Спасибо за возможность быть частью ваших концертов. Желаем оркестру дальнейшего развития, новых ярких выступлений и благодарных слушателей!
А сегодня в оркестре в постоянном (более или менее) составе играют:
Александр Манштейн (тенор-саксофон), Александр Кужутов (валторна, бас-гитара), Станислав Юр (труба), Александр Букреев (труба), Таисия Карева (тенор), Вячеслав Архипов (баритон, электрогитара), Вероника Колесникова (ударные), Павел Цатуров (перкуссия, ударные), Ирина Карева (перкуссия), Елизавета Садыкова (перкуссия), Василина и Анна Рубан (флейта), Арина Глущенко (флейта), Остап Шевченко (саксофон), Николай Романчук (тенор-саксофон), Ирина Пыжик (альтгорн), Анна Бузыкаева (альт-саксофон), Илья Постнов (туба).
И здесь ждут всех, кто любит духовую музыку и готов посвятить ей часть жизни.
Ирина Карева, Елизавета Садыкова, перкуссионисты оркестра
Фото Е. Садыкова и из архива А. Манштейна
Обратная связь