Сергей Светлаков: «Сибирь – это моя любовь»

Сергей Светлаков: «Сибирь – это моя любовь»
22 Декабря 2011

Накануне Нового года нас ожидает очередная премьера – в прокат выходит праздничная комедия «Елки-2», в которой, на радость фанатам, примут участие актеры дебютной ленты «Елки» - настраивать на праздник жителей страны во всех ее кинотеатрах у продюсеров фильма Ивана Урганта и Сергея Светлакова становится уже традицией. Незадолго до этого Сергей Светлаков посетил Новосибирск, побывав в кинотеатре «Кронверк Синема» (ТРЦ «Аура») на премьере фильма «Камень» молодого российского режиссера Вячеслава Каминского – за полтора месяца до его выхода в прокат. Настоящим сюрпризом для журналистов стало то, что главную роль в триллере сыграл сам Сергей, которого большая часть россиян привыкла наблюдать в комедийном амплуа и, мягко говоря, морально не готова была увидеть в образе бывшего детдомовца, из чувства мести похищающего единственного сына у собственного бывшего друга. О том, как это случилось, журналисты имели возможность побеседовать с самим Сергеем, приехавшим на новосибирскую премьеру.

- Вы приехали в Новосибирск лично вместе с автором сценария и режиссером фильма. Почему Вам важно было отследить именно реакцию Новосибирска на Ваше кино?

- Сибирь – это моя любовь! Мне очень нравятся люди, которые здесь живут, поэтому я приехал лично. Мы планировали просто сделать показ, но я обещал себе, что обязательно приеду, чтобы увидеть реакцию новосибирцев на этот фильм. Человек, написавший роман, который лег в основу сценария, – это Ваш земляк, Юрий Бригадир. Так все исторически сложилось, что роман был написан именно здесь, да и его действие происходит в Новосибирске (правда, мы внесли некоторые творческие коррективы и сняли фильм в Екатеринбурге). Фильм выходит 19 января, и мы надеемся, что достучимся до зрителей: у нас были очень благие намерения, а получилось или нет – судить именно им.

- Вас было весьма неожиданно увидеть, во-первых, в триллере, во-вторых, в роли киллера. Кто Вам предложил такую роль?

- Через меня прошло около 30-ти сценариев некомедийного жанра (специально считал!), но все было не то. Я всегда ждал своей роли. Когда мы пришли на съемочную площадку, то все получилось само собой, и я очень благодарен тому, что режиссер Слава Каминский и художественный руководитель всего проекта Валерий Ахатов, который и подал идею снимать фильм по этому сценарию, поверили в меня.

- Для того, чтобы вжиться в роль бывшего воспитанника детдома, приходилось ли Вам общаться с такими детьми?

- Нет, до этого не дошло. Впрочем, и для того, чтобы сыграть проститутку, тоже не обязательно… Когда я прочитал этот сценарий, то почувствовал, что роль Петра – это мое, и мне было безумно комфортно и легко вживаться в образ этого персонажа, я его очень хорошо понимаю. Бывали такие случаи, когда я приходил со съемок, ложился спать в этом же бушлате, в котором снимался, а с утра вставал и опять шел на съемки. Молча. Жена со мной разговаривала, а я ее просто не замечал – всю ночь спал, как этот Петр, и сны мне тоже какие-то странные снились.

- Как лично Вы оцениваете свою работу в этом амплуа?

- Невозможно мне ее оценить – для этого зрители сюда и пришли: кому-то понравилось, кому-то – нет; я слышу и то, и другое мнение, и все они для меня важны. Фильм пойдет большим релизом по всей стране, его прокат будет в Казахстане и Америке, на Украине, и уже по итогам этого я буду оценивать – справился я или нет. Так что это для меня – безумный эксперимент. Если в конце проката зрители сделают вывод, что я был не точен актерски, то сделаю для себя соответствующие выводы, вот и все. Но этот фильм – он не только для зрителей, но и для меня самого: благодаря ему я решил для себя кучу внутренних проблем. Да, я уже 10 лет занимаюсь юмором, и не перестану им заниматься, но во мне накопилось много такого, что потребовало другого творческого выхода, других эмоций.

- Что изменилось в фильме относительно романа, по которому он был снят?

- Существует серьезная разница между материалом и фильмом – материал был более авторский, более философский. Кроме того, в книге не было вставок из детства – эти истории были придуманы нами специально с целью сделать из авторского фильма жанровый. За те полтора года, что снималась эта картина, мы четыре раза тестировали ее на зрителях, после чего было еще две досъемки: мы меняли фильм постоянно, делая его более массовым и понятным, и очень сильно переделали какие-то вещи, чтобы он не на фестиваль арт-хаусных фильмов поехал, а пришел именно в кинотеатры, чтобы люди приняли его, выйдя из кинозала с какими-то вопросами.

- У Вас была цель сыграть так, как в книге, или по-другому?

- Открою Вам маленький секрет: я книгу не читал – специально для того, чтобы понять своего героя именно так, как пойму его сам. Просто решил, что знание первоисточника мне помешает.

- В фильме умирают оба главных героя. Почему Вы избежали хэппи-энда?

- Мы решили, что хэппи-энд в том, что остался жив мальчик, которого мой герой взял в заложники. И потом, если Вы помните, там имеется некоторое обещание продолжения – та пулька, которую мальчик закапывает в песок в конце фильма. Пулька, кстати, – это находка режиссера, и я рад, что она получилась такой лаконичной.

- Фильм достаточно тяжелого жанра. Какая атмосфера была на съемочной площадке и, в частности, как к съемкам отнеслись дети – как они себя вели, как воспринимали сюжет?

- На самом деле, когда снимается комедия, на площадке часто совсем не смешно, и это правда. А мы снимали тяжелый фильм, и у нас было все очень здорово: когда мы выходили из кадра, то веселились, бегая друг за другом с оружием из фильма. С Сашей Колесниковым, который играет Колю – сына моего врага, мы отлично ладили. Это просто суперски классный пацан! Единственное, ему доставалось иногда, когда из него нужно было выжать какую-то эмоцию: он не понимал, что происходит – вот только что сидели общались, а потом «камера, мотор», и перед ним уже совсем другой человек, так что мне приходилось прямо перед кадром или прикрикнуть, или стукнуть по кровати, на которой он сидел. Но в конце каждой рабочей смены мы садились и разговаривали, и я просил прощения за то, что нам пришлось изображать негативные эмоции. Он меня прощал, мы расходились, а на следующий день все повторялось.

- Есть в фильме такой момент, когда Петр заставляет ребенка целиться ему в голову. Каково было Вам чувствовать себя в роли жертвы, тяжело ли было мальчику держать пистолет, много ли было дублей?

- Дублей было немного, потому что по эмоциям все было понятно – на самом деле, это была одна из самых простых сцен в фильме. Я считаю. что получилось очень хорошо – уже добрую сотню раз ее пересмотрел и все равно испытываю всплеск эмоций. Необходимость отснять что-то повторно была связана с тем, что мы снимали с нескольких точек, и тут было тяжело не столько ребенку, сколько мне – у меня даже отпечаток на лбу остался. Когда я приехал домой с этим отпечатком, жена спросила: «Что случилось?» Я сказал, что плохо сыграл, и меня чуть не убили.

- Если эта сцена была одной из самых легких, то какая была самой тяжелой?

- Самой тяжелой было мокрым вбежать с улицы и попытаться вдолбить ребенку правила, которые сидят у меня в голове. У меня терялся голос, тряслись руки, было чисто физически тяжело; в какой-то момент я проседал и был неточен – не мог только на одной эмоции и быстро выразить свою мысль.

- В фильме «Камень» один из персонажей должен решить – умереть самому или отдать своего сына на верную смерть. Вам в Вашей жизни приходилось стоять перед нелегким выбором?

- Ну, такого не было, конечно. Если бы это было, то мы бы с Вами сейчас не разговаривали. То, что в фильме умирают оба главных героя, доказывает то, что мы можем управлять своими инстинктами, что в нас есть что-то настоящее, а не только жажда наживы, страх, цинизм и чувство мести.

- В фильме затрагиваются проблемы воспитанников детских домов. А Вы сами оказываете какую-то помощь детям, оказавшимся без попечения родителей или неизлечимо больным?

- Есть такое, но я не люблю это афишировать. Мы достаточно давно сотрудничаем с благотворительным фондом Чулпан Хаматовой; я бываю в гостях у больных детей, перечисляю им деньги. Недавно я сыграл врача детской онкологии в драме «Бедуин» Игоря Волошина – это довольно жесткий фильм про девочку, онкобольную, и я принял участие в этом абсолютно некассовом кино как медийный персонаж, чтобы как-то привлечь внимание к этой проблеме – отказаться от этой роли мне не позволила моя гражданская позиция.

- В тот момент, когда Ваш герой дает своему врагу гвоздь, решается судьба их обоих. Как этот момент видится Вам? Отец Коли застрелился, потому что хотел сохранить жизнь сыну, или потому, что понял первопричину событий?

- За что люблю Новосибирск – так это за то, что здесь задают вопросы, которые не услышишь в других городах: обычно люди не выдерживают долго говорить о фильме и переходят к обсуждению комедийных проектов с моим участием. Я думаю, Влад сделал это ради ребенка, а эпизод с детством еще больше усиливает акцент на том, что человек поверил во всю серьезность ситуации, и у него не осталось выбора. Изначально в книге картин из детства, как я уже говорил, не было – мы добавили эти флэшбэки, чтобы зрителю стала понятнее подоплека.

- Мне не показалось, что Ваши герои – антагонисты, что там есть положительный и отрицательный персонажи.

- Не стояла задача противопоставить героев, а нужно было объяснить мотивацию. Для меня Петр во многом – положительный герой: его поступки и действия по сути неправильны, но то понимание жизни, которое он несет, оно во многом является честным. То, как он поступает, его не красит, но мы понимаем, что его таким сделала жизнь. Не бросайте детей – не будет таких последствий.

- А члены Вашей семьи уже видели этот фильм? Как их впечатление?

- Да, жена уже видела фильм, и ей не понравилась моя роль. И тут дело, кажется, не только и не столько в самом фильме: ей просто тяжело смотреть на меня, когда я пытаюсь перевоплотиться, и она осторожно относится ко всем моим творческим изыскам в принципе. Дочка видела, ей понравилось – всего 3 года человеку, а концовку угадала.

- Что можете посоветовать зрителям перед просмотром Вашего фильма?

- Хочется, чтобы люди сами у себя дома копались в голове, но не приводили специально свою голову в состояние того, что кино не нравится. Не так давно я был у Федора Бондарчука – на «Кино в деталях», спрашиваю его: «Ты смотрел этот фильм?» Он: «Да». Я говорю: «Ну, и как?» «Ты знаешь, – говорит Федор, – я посмотрел, мне понравилось, а потом с друзьями стали разбирать и понял, что мне не понравилось». И вот я хочу Вам сказать: «Не доводите себя до этого».

- Не думать, что ли?

- Нет, думайте. Но живите эмоциями, которые только что пережили, потому что цель у фильма – не загрузить Вас чем-либо, а именно показать Вам аттракцион эмоций. Мы – не создатели новых чувств, но пытаемся их разбудить в человеке, и будем рады, если это получится.

Любава Новикова


Просмотров: 1053