Александр Ф. Скляр: «Вася-совесть существует отдельно от меня»

Александр Ф. Скляр: «Вася-совесть существует отдельно от меня»
22 Июня 2012

Не так давно в клубе 3D Planet прошел концерт Александра Ф. Скляра и Компании – музыканты стали первыми, кто выступил на новоиспеченной рок-н-ролльной площадке. И вовсе не удивительно, что первопроходцем стал именно Скляр – большой любитель экспериментов: бросив карьеру дипломата для того, чтобы стать рок-музыкантом, он и дальше продолжал в том же духе – перепробовал практически все стили и направления, стал первым человеком в стране, начавшим продвигать альтернативную музыку, основал движение «Учитесь плавать», давшее жизнь многим талантливым исполнителям. Даже когда Александр Скляр берется выпускать диски, у него получается что-то необыкновенное – то диск выйдет вкупе с фильмом Феллини, то получится альбом-саундтрек к рассказу Пелевина. В Новосибирске Александр Ф. Скляр впервые попробовал себя в роли лектора, выступив перед новосибирцами с публичной лекцией «Евгений Головин и проблема Эльдорадо», а затем рассказал о своих впечатлениях журналистам.

- Александр, насколько я знаю, до этого Вы не читали никаких публичных лекций. Как ощущения?

- Организатор нашего концерта – Константин, зная о моей дружбе с Евгением Всеволодовичем Головиным, предложил мне прочесть о нем публичную лекцию – и я, конечно же, согласился, потому что считаю своим долгом рассказывать о том, кого я на протяжении всей своей жизни называл открыто моим другом и учителем. Роль публичного лектора – это та область, которая мной еще никогда не была освоена и, наверное, эта лекция не состоялась бы, если бы меня не попросили выступить сегодня здесь с музыкальной программой и открыть этот клуб, который, как я понял, и до этого существовал, но был «заточен» под другую музыку, а сейчас организаторы хотят здесь сделать настоящую рок-н-рольную площадку. Нам, конечно, очень приятно и почетно, что именно мы его открываем, а с другой стороны, немного боязно: одно дело – приезжать на раскрученную площадку, но совсем другое – давать первый рок-концерт, ведь это всегда и обязательства повышенные, и ответственность.

- Спасибо, что рассказали нам о Евгении Головине – теперь я буду знать о нем больше.

- Без сомнений, чем больше о нем узнаешь, тем больше он интересует. Евгений Всеволодович Головин ушел из этой жизни в позапрошлом году, 29 октября, и с его уходом начался новый этап в осмыслении того, кто был такой Евгений Головин. Очень активную и большую роль в этом осмыслении и, я бы даже сказал, в популяризации этого имени, играет Александр Дугин: в конце прошлого года он своими силами, полностью с нуля, не имея предварительной практики, сделал большой сайт о Евгении Головине. Я всячески рекомендую Вам этот сайт найти, потому что там собрано все, что можно было найти – печатные работы, песни, интервью, все то, что сделал Женя на протяжении своей жизни. Цель же моей лекции, хотя она и называется несколько напыщенно – «Евгений Головин и проблема Эльдорадо», достаточно простая – я всего лишь хотел познакомить новосибирцев с этим именем.

- Лекция была во многом все-таки про Вас…

- Считаю, что с главной задачей, которую перед собой поставил, я справился: мне хотелось именно заинтересовать, а сделать это можно, коль уж я лектор, все-таки через себя. Потому что это настолько мощная фигура, что каждый, собственно, должен открыть своего Головина – для каждого есть что-то интересное, я в этом убежден.

- Решились бы Вы на такой поступок лет пять назад?

- Все мы, кто его знал, после его смерти (а сам Женя ни в какую смерть не верил, в точности, как и я, считая, что смерти нет, а есть просто переход на другой план) – единодушно почувствовали, насколько нам необходимо донести знания о нем до широкой публики. Делать это при жизни Жени казалось не очень логичным – я почти всегда упоминал о нем в интервью, если это была не коротенькая беседа, но на этом и все, ведь человек живет, творит, говорит сам за себя. Но теперь, когда его нет рядом, это табу снято – о нем можно и нужно говорить. Поэтому в моей небольшой лекции я не пытался осмыслить его творчество, провести какой-то анализ других его сторон деятельности, а просто хотел, чтобы мои слушатели, если они ничего до этого о Жене не слышали, узнали о том, что был такой человек, а там уже пусть сами решают – нужен им Головин или нет.

- Чем Вас заинтересовал Головин – это понятно. А Вы чем его заинтересовали?

- Вот это очень сложный вопрос. Понятия не имею! Женя ведь был очень закрытый человек, и многие моменты после общения с ним люди додумывали самостоятельно, потому что прояснить какие-то вещи было совершенно невозможно, если это не входило в его планы: он был мастер уходить от любых прямых ответов, и всегда беседовал, имея в виду какую-то свою тему. Думаю, что на самых ранних этапах нашего общения он во мне увидел одного из тех людей, которые могли бы часть его эстетики перенести на широкую аудиторию. Он же прекрасно понимал, что те песни, которые он поет, могут быть доступны только узкому кругу людей, а публичный артист – это совершенно другой человек. И если у него такая мысль была, то это лишний раз свидетельствует о том, насколько он прозорлив, ведь мы с ним встретились, когда я еще и не собирался становиться профессиональным артистом, а теперь треть моего творчества – это его песни, и все мои сольные альбомы, даже во времена Ва-Банка, – это наша совместная работа. «Ведьмы и стервы», «По направлению к танго», «Город Х», «Дендидиана» – это все мы делали вместе с Женей, а «Нижняя тундра» наполовину состоит из его песен.

- По поводу «Нижней тундры». Как я понимаю, пластинка тесно связана с творчеством Пелевина.

- Да, мы поставили друг перед другом задачи: Пелевин написал под этот проект с нуля рассказ – не тот, который у него уже был, а именно с нуля – а я, со своей стороны, взял на себя обязательства написать к нему саундтрек. То есть, «Нижняя тундра» – это рассказ и одновременно саундтрек к нему. А Женя, конечно, узнав об этом проекте, захотел прочесть этот рассказ и попробовать к нему что-нибудь написать. И это «попробовать» вылилось в «Куклу-мандарин», «Путешествие в Китай», «Агрессию созвучий» и «Склиф». Естественно, рассказ Пелевина был потом напечатан – я думаю, его можно найти в сборниках. Кроме того, я относительно недавно увидел и купил диск, где Пелевин читает свои рассказы и, в частности, «Нижнюю тундру» – это мне показалось очень любопытным.

- В каком-то из ваших интервью прозвучала обида на Пелевина, по поводу того, что он никак не отреагировал на альбом Ва-Банка.

- Была, была, сейчас это все ушло, правда. Когда альбом еще существовал в виде музыкального материала, он, конечно, его слушал и в принципе одобрял. Я, конечно, хотел его на презентацию позвать – не для того, чтобы выставить на публике, а для того, чтобы он просто концерт послушал – он не пришел. А потом через какое-то время перестал подходить к телефону – то ли сменил его, то ли со мной не хотел общаться, окей. И это бы Бог с ним – я привык по умолчанию считать, что я его одобрение получил, и рассказ его показался мне очень удачным. Но потом проходит несколько лет, и ко мне обращаются ребята из «Союза» - спрашивают, не хочу ли я выпустить аудиокнигу по роману Пелевина «Чапаев и Пустота». Я говорю – с удовольствием, люблю этот роман, а автор в курсе, что Вы ко мне обратились? Да, Пелевин в курсе и он дал добро, отвечают ребята из «Союза». Ну хорошо, тогда читаем. А это же большая работа, одиннадцать часов материала в окончательном варианте, соответственно, писали мы его неделю – каждый день я приходил в студию и по 5-6 часов читал этот роман. Я, в сущности, вообще впервые озвучил Пелевина – до этого у него не было аудиокниг – и не получил никакой ответной реакции, и до сих пор пребываю в недоумении: ну позвонил бы, сказал – нравится, не нравится, я же твой же роман прочитал, елки-палки.

- Многие считают, что Пелевин – это вообще несуществующий персонаж.

- Нет, Пелевин существует. Абсолютно точно. По крайней мере, существовал на тот момент. Мы познакомились на проекте «Нижняя тундра» - до этого мы вообще никогда не виделись. А потом он просто исчез, и после этого проекта живого Пелевина я тоже ни разу не видел.

- Создавая «Нижнюю Тундру», Вы были увлечены рассказом Пелевина. Но в биографии «Ва-Банка» уже был пример «творческого симбиоза» диск «Город Х» вышел вкупе с диском Феллини «Город женщин». Это тоже какой-то эстетический приоритет?

- Фильмы Феллини в целом, конечно, являются серьезной составляющей моего мировоззрения, но не конкретно «Город женщин». Над пластинкой мы работали примерно год, и к январю 2007 г. альбом был практически записан. Но мы его «заморозили», посчитав, что такую работу надо как-то правильно подать. Я ждал, когда что-то или кто-то подскажет правильный ход. И вдруг мне предложили небольшую роль в фильме «Закрытые пространства», а автором проекта был Игорь Лебедев – директор компании «Другое кино». Я подумал, что коль скоро он занимается «другим кино», а я делаю «другую музыку», то нам надо подумать о совместном проекте. И тут оказалось, что 28 ноября «Другое кино» выпускает «Город женщин» Феллини: соединить фильм, снятый почти 30 лет назад, и только что записанный альбом показалось интересным. По-моему, такой ход еще никем не использовался.

- Расскажите про новый альбом и про Васю-совесть как про персонажа.

- Про него даже не надо ничего рассказывать – он уже теперь есть весь. В сущности, песни про Васю разбросаны по разным альбомам: две в «Нижней тундре», одна – в нашем электронном альбоме «Город Х», потом она же («Предательство и контрабанда») переписана в альбоме «Песни моряков». И, наконец, для альбома «Вася-совесть» я написал песню «А зори здесь тихие», в которой дал всю предысторию этого персонажа – рассказал, как простой мальчик Вася превратился в Васю-совесть. В «Предательстве и контрабанде» Вася-совесть умирает, а в альбоме, названным его именем, появляется снова. И дальше я уже понял, что, раз вся эта история уже существует, то нужно сподвигнуть себя на рассказ под названием «Вася-совесть» – и у меня это получилось. Этот рассказ напечатан, он есть в сети и, конечно, есть в приложении к моему новому диску: в коллекционном издании первый диск – это музыкальный материал, а второй – рассказ «Вася-совесть», начитанный мною. В этом рассказе (Вы его обязательно прочитайте!) я понял, что нашел в этом Васе-совести такую золотую жилу, что там еще копать и копать, и теперь понятно, что эта тема будет продолжаться.

- Разобрались в себе?

- И это тоже. Он же из меня вылез, этот Вася. Я разбирался в сути этого придуманного персонажа, и нашел, что он совсем не прост.

- Так, получается, Вася-совесть – это Ваше альтер-эго как автора?

- Нет, при всем при этом Вася-совесть не имеет к моей личности никакого отношения. У Тома Уэйтса есть Фрэнки – любимый его персонаж, но это же не Том Уэйтс. Конечно, в любых персонажах есть что-то и от автора песни, и от исполнителя, но Вася-совесть – это не альтер-эго ни Евгения Головина, ни мое. Он же людей реально убивает. Скорее, Вася-совесть – из тех персонажей, которых придумаешь, а они начинают жить своей жизнью.

- Одно время Вас часто называли «российской вариацией Тома Уэйтса». Как Вы к этому относились?

- Не самое плохое сравнение, я думаю, но не точное: Уэйтс на протяжении всей своей жизни культивирует некий фрикоподобный образ, а я все-таки не фрик, и творческие пути у нас очень и очень разные – и с поправкой на личность, и с поправкой на окружающую действительность.

- Когда Вы давали свой первый концерт в Новосибирске, у Вас была сломана рука. Сейчас она не беспокоит?

- Это был первый концерт, и в то время я себе сломал ключицу. С этой рукой была целая проблема, потому что, когда я сломал себе руку, то параллельно с этим выбил еще и позвонок, и из-за боли в руке этого не почувствовал. Рука благополучно заросла, а вот позвонок потом создал мне такие проблемы, что отдельную историю писать надо. Но об этом как-нибудь в другой раз.

Любава Новикова


Просмотров: 3169